«ВПЕРЕД НА ЗАПАД!» — такой приказ на пятый день Великой Отечественной войны может показаться абсурдным, но наши современники, «провалившиеся» в 26 июня 1941 года, думают иначе.
Авторы: Вихрев Федор
получив снаряд с «тройки». Вроде это произошло одновременно с тем, как «четверке» снарядом оторвало звездочку, но огня она не прекратила. В общем-то, это и решило дело. Шансов выжить под огнем трех танков у артиллеристов не было. Как не было его и у пехоты. Пленных никто брать не собирался.
Подорвав обездвиженную «четверку», мы продвинулись чуть за позиции заслона, потом снова петля, на этот раз удачная. Уходим на фиг, пока не зажали совсем.
Ушли. А потом еще раз. Эх, хорошо погуляли — немцы запомнят…
…Сколько прошло времени? День? Неделя? Год? Не помню. Где Васильев? Ах да, он же там… Там же, где и все остальные, там, где нас поймали. Ни хрена не помню. Может, и к лучшему. Мы выскочили случайно, и то только потому, что «орел не ловит мух» да в болоте не утопли. Мух… Я те покажу мух!!! Опять воспитание а-ля интеллигент в мозг ударило? Нет уж, покуда жив — ты мужик, а не непонятно что. «То, что нас не убило, сделало нас сильнее», — так, кажется, у Ники в подписи было? Вот и будем действовать именно так. Вперед.
А тут уже недалеко осталось, по-любому. «Объект номер четыре», он же продуктовый склад. Все мы тогда не вывезли, часть специально оставили, на всякий случай. Если немцы нас нашли — там последний и решительный бой. Если нет — то там еда и возможность связаться со своими.
Разведка вернулась, доложив, что все тихо. Спасибо, Юра. Можно пожевать и немного отдохнуть. А после двигать домой.
— Товарищ генерал… — это уже в лагере, доклад. Хотя что тут докладывать — все и так ясно, яснее некуда. В лагерь вернулись пять человек и один Степан.
После того, как сбили Гейдриха, ничего особенного мы в Польше сделать не смогли. Нет, конечно, некоторое количество обозников, собиравших продукты по селам, у немцев пропало, пару раз накрывали небольшие колонны с топливом и боеприпасами. С момента начала рейда прошло уже три недели, и я стал подумывать, продолжать ли его или вернуться на базу. Что бы я решил, сам не знаю, ибо судьба решила за меня.
— Командир, — вышел на связь дозор, — к нам приближаются двенадцать грузовиков. Охраны — два мотоцикла.
«Хм… — призадумался я. — Что ж они там везут-то? Да еще и без охраны почти…»
После чего отдал приказ продолжать движение, но быть готовыми к бою. Поравнявшись с передовым мотоциклом, я, благо был в эсэсовской форме, приказал им остановиться. После чего, спрыгнув с танка, подошел к их офицеру.
— Штандартенфюрер Пезль, — представился я, — кто такие, что везете, почему без сопровождения?
— Обер-лейтенант Шульц, — представился немец, — везем евреев, сопровождение с нами в первом и последнем грузовике. А больше не надо — там женщины и дети в основном, куда они денутся?
— И куда вы их? — Я изобразил брезгливость, хоть и хотелось этого фрица на месте прибить.
— На станцию отвезем, а там поездом в лагерь поедут.
— Ну, тогда не буду вас задерживать, — сказал я и пошел к передовому танку.
Оказавшись в коробочке, я сказал радисту: «Передай всем, чтоб, как я окажусь возле последнего грузовика, первый раз…ли, но по остальным не стрелять!»
Бой закончился не начавшись. Оба грузовика с охраной были расстреляны танками, мотоциклы снесли из пулеметов. Водителей тоже перестреляли, когда они из кабин повылезали. После чего, успокоив гражданских, убрались подальше от места происшествия. А вот потом… Гражданских оказалось 239 человек. И с таким «грузом» ни о каком продолжении рейда и речи быть не могло.
Дождавшись вечернего сеанса связи, я приказал радисту сообщить на базу, что мы возвращаемся. У нас две с гаком сотни гражданских, поэтому прорываться будем через какой-нибудь мост. Через какой — не знаю, будем уточнять на месте. Другого способа переправы не вижу.
И мы стали ждать ответа с базы. После подтверждения — начали выдвигаться к мосту.
— Товарищ генерал-лейтенант! Разрешите?
Карбышев оторвался от экрана ноутбука и посмотрел на меня. Я пожала плечами и прикрыла комп простыней.
— Входи!
Игнатов вошел, как всегда, подчеркнуто ровно и отдал честь. Будто издевался над бедной «товарищем Ивановой», которая принципиально не равняла шаг. На фиг!
— Товарищ генерал-лейтенант! Разрешите обратиться?
— Что у тебя?
— Товарищ генерал-лейтенант, в ходе допроса пленного мы выяснили, что основные оставшиеся силы хорватов базируются на аэродроме в Пружанах.
— Благодарю вас, товарищ лейтенант! Это все?
— Так точно, товарищ генерал-лейтенант!
— Можете быть свободны.
