Наши современники ‘проваливаются’ в 26 июня 1941 года. Зная историю Второй Мировой и соотношение сил на направлении главного удара Вермахта, они формируют из попавших в окружение красноармейцев бронированный диверсионно-партизанский отряд и открывают в тылу врага третий фронт.
Авторы: Вихрев Федор
упаковки. Подними Хохла, пусть передаст шкурки прямо сюда машиной. Большую связку письменных принадлежностей уже выслал.
– Принял, жди. «Старый» с «малым» встретят связку по дороге.
Саня Букварь
Пока ждали машину с теплыми вещами, Зеленко гдето нашла свежую газету «Правда», за сегодняшнее число. Посмотрев передовицу, я присел от удивления. История окончательно пошла вразнос. Заголовок статьи гласил: «Союз Советских Социалистических Республик и Японская империя подписали договор о неприкосновенности взаимных границ…» Далее в статье шла речь о том, что наши государства надеются на мирное сосуществование и о перспективах сотрудничества в культурной области и торговле. Еще в самом конце было предложение о том, что Япония в виде жеста доброй воли передает СССР учебное судно «Суво». И что судно буксирами уже привели во Владивосток.
Вернувшись вечером в бригаду, я поставил всех на уши этим сообщением. О том, что такое это «Суво», решили уточнить через Ярошенко, позвонив ему. Единственный вариант, который пришел в голову нашей компании, был просто фантастичен, но это оказался именно он.
Степан
Сообщение Сани было довольно интересным и, если честно, не очень понятным. Вернее, не так: понятно, что обе стороны обеспечивают свои границы перед переброской главных сил против другого врага, но зачем договорто? В нашей реальности хватило и предвоенного, заключенного после договора с Германией. Хотя очень может быть, что мы просто чегото не знаем.
Также оставалось неясным, как отреагируют наши «злейшие друзья» с того берега океана. Обнародование договора в канун нападения японцев – это чтото. А ведь сразу после удара по ПерлХарбору американцы могут начать требовать вступления СССР в войну с Японией. Причем с неопределенным результатом: с одной стороны – лендлиз нужен, с другой – в куда более тяжелых условиях и большей потребности в поставках «у нас» уломать товарища Сталина на немедленное вступление в войну не удалось, хотя пытались. Если, конечно, это не очередная байка из нашего мира.
Ну и корабль – отдельная песня. Как нам сообщил Ярошенко, «учебное судно «Суво» было ничем иным, как броненосцем «Победа», захваченным во время русскояпонской войны. Как древний «самотоп» ухитрился не «булькнуть» при переходе – только его строителям известно. И только богу известно, что с ним делать. На металл – жалко, все ж история, хотя и не очень приятная. Делать корабльмузей? Нуну, во время войны деньги девать некуда, видимо. Оставить до конца войны – потонет. И остается неясным, что с ним делать потом. Типично японская гадость, с поклонами и вежливыми улыбками.
А вечером нам показали фильм… Без комментариев.
Саня Букварь
А вечером в клубе при полигоне крутили кино. Вернее было бы сказать КИНО! «Новым фильмом о героях Гражданской» оказался «Белое солнце пустыни», переснятый на пленку с ноутов. Качество было, откровенно говоря, паршивым, по нашим меркам, да и цвета явно не хватало, но основная масса зрителей пребывала в восторге. После окончания просмотра на сцену перед экраном вышел сам Мындро и объявил: – Сегодня в нашу бригаду пришли первые письма из дома. Одно – мне, от жены. Второе – старшине Якименко, от дочери. А вот третье… от Суховой Е.М.
Зал просто упал. Наш Сухов пролепетал: – Это сестра. Ее зовут Елена Михайловна. – По стоявшим рядом прокатилась новая волна смеха.
– Ну, что ж, лейтенант, придется вам оправдывать снятый фильм, чтоб писать домой не стыдно было! Завтра с капитанами Бондаренко и Сергеевым едете на вокзал, – сказал ему Михаил Иванович и, спускаясь со сцены, тихо добавил: – А главный клоун в этом цирке всетаки я!
Утром седьмого декабря я, Степан и Сухов стояли перед Мындро и получали очередное задание.
– Сегодня на станции встретите еще три группы пополнения, плюс одиночек. Одна группа – водители и механикиводители из запасного полка – остается с вами ждать технику. Остальные по прибытии двух других групп под командованием лейтенанта Сухова следуют сюда.
– Есть! – ответили мы разом. – Разрешите уточнить, какую технику встречаем?
– Не знаю пока. Выполняйте приказ. Выход техники со станции в семнадцать нольноль, все, что встретите. Выход личного состава в тринадцать нольноль, чтоб могли засветло дойти. Возьмите «Ворошиловец» с большими санями, нам сегодня Б4 должны доставить для открытой САУ. Идите.
По прибытии на станцию на импровизированном сборном пункте мы обнаружили десять самостоятельно прибывших солдат и офицеров и группу из семи мехводов и одиннадцати шоферов из учебного полка. Из одиночек я также отобрал лейтенантатанкиста и рядового, уже успевшего поездить в начале войны на полуторке. Затем мы получили обещанную гаубицу.
