Наши современники ‘проваливаются’ в 26 июня 1941 года. Зная историю Второй Мировой и соотношение сил на направлении главного удара Вермахта, они формируют из попавших в окружение красноармейцев бронированный диверсионно-партизанский отряд и открывают в тылу врага третий фронт.
Авторы: Вихрев Федор
но у Баграмяна была мысль насчет некоторой помощи Выборгскому острову извне. К этому я и собирался приурочить войсковые испытания.
* * *
Первые испытания ИСа в бою решили провести на том же месте, где в свое время уходила в прорыв на Выборг бригада. Три ИСа на исходной, рота Т52 и один КВ2 (тот самый, что почти год стоял на заводе со сломанными торсионами) в резерве. Батальон пехоты под командованием лейтенанта госбезопасности как прикрытие. Я занял место командира в «гладкошовном», Духов и еще несколько инженеров на НП батальона, с позиций которого начинаем атаку. Местный комбат показал нам известные ему огневые точки. Их оказалось гораздо меньше, чем в прошлый раз. Бросок с исходной до линии окопов на максимальной скорости, а затем медленное движение через минное поле. Одна за другой под тралом срабатывают противопехотные мины. Разворачиваю башню в сторону ожившего пулемета. Выстрел. В прицел видны разлетающиеся бревна укрытия. Ищу следующую цель. Пушка в окопе. Наводим орудие. Не успели, ктото из наших опередил. Медленно двигаемся дальше. В броню со страшным грохотом чтото попадает. Искры из глаз. Танк продолжает ползти. Замечаю «виновника торжества» – гаубица в пятистах метрах. Выстрел. Еще один. В разные стороны полетели колеса. Вот и линия финских окопов. Работаем пулеметами. Командую танкам остановиться. «Шипованный» с литой башней проезжает через окоп, и под его гусеницами раздается взрыв. Вижу вырванный предпоследний опорный каток. Приехали! Наводчик продолжает чистить подозрительные места в полосе обороны врага из пулемета. Оба оставшихся на ходу танка подходят к «захромавшему». Второй «шипованный» разворачивается. Подошедший КВ с одной стороны и мой ИС с другой корпусами прикрываем цепляющих троса танкистов. Все, двинули назад. КВ остался вблизи сцепки, я отхожу немного в сторону. Новая цель, ранее этот ДЗОТ мы не заметили. Выстрел. Снаряд почемуто не взорвался. Еще выстрел. Нормально. Отходим за перелесок. Бой окончен. Надо осматривать машины и анализировать попадания и подрыв. По горячим следам прошу танкистов не думая, на эмоциях описать ощущения от боя нескольким девушкамстенографисткам. Это тоже важный момент испытаний, о котором почемуто редко вспоминают.
* * *
– Товарищ генералполковник, разрешите обратиться?
– Обращайтесь, товарищ майор.
– Я хотел просить у вас содействия для испытаний новых кировских танков.
– Если я не ошибаюсь, товарищ Бондаренко, вы уже провели пробный бой на финском фасе обороны? И как успехи?
– Провели. Прорыв линии на участке батальона можем обеспечить. Танки показали себя хорошо, но хотелось бы попробовать против более серьезного врага. Если честно – против танков.
– Понятно. Чтонибудь придумаю. Навскидку могу посоветовать выдвигать ваши танки и группу обеспечения вот в этот район, – генерал отметил карандашом кружок на карте. – Там сейчас наиболее слабая точка нашей обороны, и немцы об этом догадываются. Боюсь, как бы немцы не ударили вдоль кромки берега.
– Разрешите начинать выдвижение?
– Приступайте! А еще расскажите, что у вас там случилось перед разворотом.
– Подрыв. Финн, видимо, со связкой тротила, самоубийца. Притаился в окопе и положил под гусянку. Взрыв под пятым опорным. Каток напрочь. Траки как мелкие камни – в разные стороны. Но ничего, подошли, вытащили. Уже отремонтирован.
– Ясно, – Баграмян улыбнулся. – Если бы все так воевали…
– Учить и самим учиться надо постоянно, товарищ генералполковник.
– Сколько у тебя боевых машин будет?
– Три ИСа и КВ2.
– Добро! Я сам посмотреть приеду.
Финны
В середине летного поля остановился Т26 с цилиндрической башней. Его пулеметный собрат в сопровождении ЗИС5 с пехотинцами выдвинулся к позициям зенитчиков. Третий танк подъехал к штабу. Выбежавший оберст был озадачен тем, что охрана не подняла тревогу и пропустила чужие боевые машины на территорию. Выбравшийся из Т26 лейтенант подошел к командиру авиачасти и, представившись, произнес:
– Господин оберст, мы предлагаем вам сдаться, или будем вынуждены уничтожить ваших людей. Попытки противодействия будут караться аналогично действиям ваших подчиненных на дороге под Виипури. Фосфором! Варианты интернирования не рассматриваются!
– Лейтенант, вы в своем уме? Что скажет ваше командование?
– Герр оберст, в ваших интересах назвать участников того вылета, иначе мы узнаем сами… Возможно, с некоторым ущербом здоровью отдельных индивидуумов. Лица, непричастные к тому вылету, будут отправлены в лагерь военнопленных…
«Воспоминания генерала Ш.»
Из мемуаров высокопоставленного
