Наши современники ‘проваливаются’ в 26 июня 1941 года. Зная историю Второй Мировой и соотношение сил на направлении главного удара Вермахта, они формируют из попавших в окружение красноармейцев бронированный диверсионно-партизанский отряд и открывают в тылу врага третий фронт.
Авторы: Вихрев Федор
забыли все, а я решил, что добру пропадать, хоть окопы копать можно заставить, – ответил белобрысый красноармеец, – а сейчас мы их с машины сняли, чтоб не обоссали железяки в кузове. Товарищ лейтенант, мы им разговаривать не давали, чтоб не договорились бежать.
– Ты! – ткнул пальцем во второго «конвоира». – Бегом к капитану и товарищу Ивановой, доложить немедленно.
– Слышь, боец, а почему офицер без сапог?
– Так я, это, товарищ лейтенант, его ж все равно того… потом. Разрешите забрать, а то в обмотках тяжко.
– Давно служишь? Откуда сам?
– Три месяца. Из Сталинграда.
– Так сапогито где, земляк?
– В кузове.
– Так какого хрена еще не переобулся?
– Разрешите?
– Выполнять, бегом! Винтарь дай, я пока погляжу за ними.
Боец управился буквально за минуту. Тем временем подбежала Ника и пришел Олег, его еще пошатывало.
Допрос решил начать я. И начать с одного из «свеженьких». Мы отвели его в сторону, обыскали на предмет документов, нашлось какоето удостоверение и письмо, видимо, из дома.
– Воинская часть, имя, звание? Домашний адрес, имя девушки? – немец назвался. Вроде все совпадало с написанным.
– Цель прочесывания?
– Сбежавшие русские. Из лагеря, вчера. Трое, с пистолетом. Фельдфебеля убили. Кинулись бежать много, но охрана почти всех постреляла. Троих недосчитались. А сегодня утром мотоцикл с почтой не приехал.
– Откуда такие подробности? – фриц в ответ замялся, и ни слова. – Ты в охране лагеря был?
– Да, – признание далось ему с трудом. – Клянусь, я никого не убивал.
– Убрать в сторону, – сказал я красноармейцам. – Следующий! Тоже рядового давайте!
– Так, а ты что за зверь? – Набор бляшек и нашивок на форме несколько отличался. – Как оказался в группе?
– Отдыхающая смена, склад охраняли, – немец назвал другую дивизию. – По тревоге подняли и этим в помощь дали.
– А пушка откуда?
– По пути встретили – они от своих отстали, а в одиночку ехать побоялись, тут начальник этих дерьмоголовых, – он кивнул в сторону первого немца, – и прихватил для усиления.
– Понятно! В расход обоих!
Немцев пристрелили, а мы тронулись дальше. На этот раз я забрал пленного офицера и белобрысого в броневик. Опять допрос откладывался.
Сергей Олегович
Всю дорогу мы всем колхозом, вместе с теми, кто соображал, колдовали над трофейной немецкой радиостанцией и вроде чегото добились. На привале развернули ее, раскинули антенну, включили. Станция ожила и зашипела. Согнувшись над ней, я крутил ручки настройки, отмахиваясь от советчиков, и тут услышал сквозь помехи:
– Я – крепость! Я – крепость! Веду бой!.. – дальше все опять потонуло в помехах…
– Мужики! – заорал я нашим. – Бегом сюда! – первым подбежал Док.
– Слушай! – дал я ему наушники…
Док
Потом был большой рывок. Отошли километров на пять, тормознули возле какогото болотца – кто ж их в Белоруссии считает – и утопили в нем остатки бывшего командира второй танковой группы вермахта. Да, в этом мире уже не будут написаны «Воспоминания солдата»…
К вечеру этого дня мы прошли сто двадцать километров. Что удивительно – на нас почти не обращали внимания! Мы шли на запад, и в смешанной колонне техники даже «тэшки» не вызывали подозрения. С наступлением темноты устроились на ночевку. До Бреста оставалось гдето сто пятьдесят – двести кэмэ. Ребята всю дорогу чтото крутили с немецкой радиостанцией и на привале развернули ее и включили. Я подошел к Сергею – любопытно было, – и тут он, побледнев, закричал:
– Мужики! Бегом сюда!
Я подскочил.
– Чего там?
– Слушай! – Сергей протянул мне наушники.
Сквозь треск помех я услышал:
– Всем, кто меня слышит! Я – крепость! Я – крепость! Веду бой!..
Саня Букварь
На второй привал остановились мы в роще недалеко от перекрестка. Ехать надо было прямо.
– Надо бы прошвырнуться по дороге на пару километров в сторону, – сообщил я Нике.
– Ты же устал, наверное?
– Нормально, я на ходу подремал… Немчика возьми?
Сгрузил ей пленного офицера и попросил на этот раз всетаки допросить его. Вернувшись в броневик, поставил задачу экипажу, который теперь кроме меня и водителя состоял еще и из белобрысого в офицерских сапогах:
– Сейчас прокатимся по этой дорожке парутройку километров в сторону, посмотрим, что там есть.
– Товарищ лейтенант, а почему мы на запад едем, а не к своим?
– Как тебя зовут? По имени? – спросил я у водителя. – Андрей? А тебя? Тоже? Ну, так вот, товарищи Андреи, мы сейчас выполняем важную задачу, от которой будет зависеть, возможно, весь ход войны. Это не громкие слова. Мы угрохали
