Наши современники ‘проваливаются’ в 26 июня 1941 года. Зная историю Второй Мировой и соотношение сил на направлении главного удара Вермахта, они формируют из попавших в окружение красноармейцев бронированный диверсионно-партизанский отряд и открывают в тылу врага третий фронт.
Авторы: Вихрев Федор
с другой – до утра дойдем вряд ли, – подумалось мне, – да, правильно генерал делал расчет рейда на неделю…»
Ближе к утру сделали короткий привал и, отдохнув, продолжили путь.
По имевшимся у нас данным, немцы расположились в селе Галевка. Если верить карте, то лесной массив от лагеря и до села пересекался и двумя обычными дорогами – Радеж – Збураж и Радеж – Гвозница, одной дорогой посерьезнее – Знаменка – Малорита, и одной мелкой речушкой, у которой на карте даже имени не было… На дороге Знаменка – Малорита можно было ожидать серьезного движения – дорога шла от границы общим направлением на восток, две другие были скорее проселочными дорогами местного значения.
Спустя чуть меньше суток я рассматривал в бинокль цель нашей группы. Галевка. Обычное на тот момент белорусское село. Позади остались двадцать часов выматывающего похода через леса. С дорогой Знаменка – Малорита были сложности – движение все же более оживленное, но ночью, мелкими группами пройти было возможно. Речка, как и ожидалось, больших проблем не вызвала, участок для переправы мы нашли практически с ходу.
С западной стороны лес подходил к селу метров на сто, так что наблюдать было удобно. Уже первые наблюдения подтвердили в общих чертах показания пленных. Хорватов было человек четыреста, немцев раза в два больше. Село – сорок домов – не могло вместить всю технику, которой было немало, поэтому с восточной стороны села немцы устроили технический парк и недалеко от него – палаточный городок. Вот с техникой были проблемы. Мы насчитали четырнадцать танков – больше всего они походили на ТIII, судя по тем фотографиям, что я видел на ноуте в лагере. Серьезный противник. Еще пять типа ТI, один такой и у нас был, так что его возможности я представлял хорошо. Плюс к этому четыре орудия типа РаК38, эти я опознал легко – они были побольше нашей трофейной, да и дульный тормоз не давал ошибиться. Еще – четыре гаубицы и грузовики… Около сотни грузовиков и бронетранспортеров… Среди них некоторые выделялись лесом антенн – это, надо полагать, тот самый батальон связи. Да… Водителей угнать все это у нас не хватит.
По нашим грубым расчетам, немцев было более тысячи человек. На дороге, проходящей через село, мы заметили два поста из трех солдат каждый, в районе техпарка было четыре поста, меняющихся каждые два часа. Днем на каждом посту было по одному солдату, ночью – по два.
Все это мы заносили на карту и фотографировали на мою мобилу. На всякий случай, я даже сделал видеопанораму села с разных точек. Все эти наблюдения и подсчеты заняли два дня. И за эти два дня мы не видели никого из мирного населения. Учитывая наличие хорватов и СС – это наводило на нехорошие ассоциации.
Сержант Овчинин, Сергей, все порывался ночью языка добыть, но, подумав, от этой идеи я отказался. В лучшем случае мы узнаем номера частей, здесь расквартированных, но если исчезнувшего солдата хватятся, то нас могут ждать.
– Овчинка выделки не стоит. Болееменее силы, нам здесь противостоящие, мы теперь знаем, за этим и шли, – с этими словами я взглянул на село в последний раз, и мы двинулись в обратный путь.
Обратно шли уже быстрее – не тратили время на поиски брода на реках, да и втянулись уже. Вернулись мы под утро четвертого дня – дошли бы и раньше, но днем не хотели светить лагерь, поэтому светлое время переждали в лесу километрах в десяти от лагеря и только с наступлением темноты двинулись в расположение. Пока ребята разгружались, я направился в штаб, где меня уже ждали – о нашем возвращении сообщили на базу по телефону заранее.
Змей
Пятый и шестой объекты были дальше всего и расположены рядом друг с другом. Аэродром и военный городок какойто артчасти. Пошли мы туда втроем, с Пашей. То есть со старшиной Соловьевым. В той артчасти служил его друг, тоже старшина и тоже оружейник, Паша рассчитывал если и не встретить его в этом городке, то, по крайней мере, осмотреть мастерскую, инструмент поискать. Немцев ни там, ни там не оказалось.
Аэродром был разбит авиацией и бегло осмотрен передовыми частями вермахта. Почему бегло? Потому что коечто они пропустили. Вопервых, из кучи лома, в которую превратились самолеты, можно было добыть много деталей, вовторых, немцы просмотрели запрятанные в ельнике бочки с бензином – немного, четыре штуки, но просмотрели. И самое главное – самолет. Разведчик Р5 в штурмовом варианте.
Переглянулись мы с Пашей и пошли в военный городок, вдруг и там немцы чтото проглядели.
В городке немцы и не появлялись, он был уничтожен с воздуха, да так, что туда никто не полез – ни немцы, ни, похоже, наши. Даже мы чуть было не повернули назад. Но не повернули, и наша настойчивость была вознаграждена. Уцелела мастерская, она оказалась нетронутой и полнокомплектной.
