Наши современники ‘проваливаются’ в 26 июня 1941 года. Зная историю Второй Мировой и соотношение сил на направлении главного удара Вермахта, они формируют из попавших в окружение красноармейцев бронированный диверсионно-партизанский отряд и открывают в тылу врага третий фронт.
Авторы: Вихрев Федор
Ника Алексеевна, рассчитываю. Да и с «нотами» без вас я не смогу…
– Так точно, товарищ генераллейтенант!
– Ладно… товарищ Иванова… И завтра в шесть нольноль у меня!
– Слушаюсь! Разрешите идти?
– Иди уж!
Олег Соджет
После того как с подачи Змея у нас в довесок к имевшейся бронетехнике еще и шесть Lt38 появились, я был готов на стены лезть. Ну не мое это! Много слишком техники для меня. А кандидатов на должность командира танковой части у нас не было. Вот и пришлось мне лямку тянуть. Однако мне повезло. Но начну по порядку. С доставкой «тридцать восьмых» их начали проверять на «работоспособность». Всетаки нам в бой на них идти, а если там дефект какой? Вот и решили их погонять. Сначалато тестировали вокруг базы. А потом решили устроить марш на двадцать километров по лесной дороге. Благо техника такая у немцев была. А мы наши для маскировки под немцев перекрасили.
И вот когда мы отмахали почти весь запланированный мной маршрут, нам навстречу попалась весьма любопытная колонна.
Впереди шел мотоцикл с коляской. За ним двигались легковушка, еще один мотоцикл, а замыкали эту колонну грузовик «Опель» с тентом и бронеавтомобиль SdKfz222.
Учитывая, что от базы мы были довольно далеко, а врагов было немного, я решил их не пропускать. Выглянув из люка, благо мы все были в немецкой форме на всякий случай, я жестами показал, что как только я поравняюсь с броневиком, колонну мы давим. Однако все пошло не так, как я планировал, поскольку, поравнявшись с легковушкой, я в ней увидел человека в нашей форме. Нырнув в люк, я сказал мехводу, чтобы не таранил грузовик, а сам стал выцеливать «двести двадцать второй».
Когда, вместо того чтобы стрелять по броневику, моя машина налетела на грузовик, остальные поняли, что чтото пошло не так. В результате чего, под гусеницы попал только передний мотоцикл. Второй мотоцикл расстреляли из пулемета. А я удачно влепил снаряд в броневик, заставив его остановиться. Пассажиры легковушки попробовали убежать, но их всех положили из пулеметов, после чего мы остановились. Один танк я послал метров на триста вперед – там как раз дорога изгибалась, и нас не было видно. И случись что, дозорная машина успела бы нас предупредить об опасности. Другой танк ушел на холм в четырехстах метрах позади, и его экипаж тоже должен был наблюдать за дорогой. А я вышел посмотреть, кого же мы отбили у немцев и в каком состоянии нераздавленная техника.
– Военинженер второго ранга Медведь, – представился я, – командир сводного танкового отряда.
– Полковник Мындро Михаил Иванович, – представился спасенный, – сейчас командир шестнадцатой танковой дивизии… Был, пока не попал в плен. До этого – младший преподаватель кафедры тактики в Военной академии механизации РККА.
– Вот и отлично, – обрадовался я, – приедем в лагерь, представлю вас нашему командиру и сдам вам командование над мехотрядом. После проверки, конечно, – добавил я. И задумался о том, откуда он тут взялсято. Он же на Украине быть должен, а не тут. Там и погиб он потом. В августе.
– Что, вот так сразу передадите мне командование? Какому командиру? В какой лагерь? – засыпал меня вопросами Михаил Иванович. – А что до проверки – я ее не боюсь. Присягу не нарушал.
– Да, передам, если все в порядке будет, после проверки. Я не справляюсь. Опыта не хватает, – ответил я. – Командир у нас – генерал Карбышев. Лагерь в лесу. Там склад был до войны организован. Остальное потом, – продолжил я, видя, что у полковника появились еще вопросы, – нам надо поскорее отсюда уезжать.
После чего осмотрел трофеи. Легковой автомобиль был в порядке, и его решили брать с собой. Благо несколько танкистов умели водить. Второй мотоцикл тоже оказался выведен из строя, так что с него только сняли пулемет, а с «двести двадцать вторым» повезло. Снаряд прошел сквозь оба борта, убив стрелка и водителя, но не повредив ни двигателя, ни управления. Его мы тоже забрали и слегка увеличившейся колонной двинулись в лагерь.
А в лагере я, представив полковника командиру, который после проверки объяснил ему, кто мы такие, и, когда Мындро пришел в себя после получения ТАКОЙ информации, передал ему управление бронетанковой частью нашего отряда. Проверку провел и я – фотография с оригиналом совпала. Но, как видно, история таки продолжала меняться, ибо в плен по его биографии он позже попал и не тут. Хотя и тут он на Украине попался. Но вот почему его немцы не убили, а поперли сюда? Единственная идея была у меня в том, что гдето тут располагается лагерь для больших чинов. И Иваныча везли как раз в него.
А после того, как я передал Михаилу Ивановичу бронеотряд, он решил со мной по душам поговорить. Нормальный мужик оказался. Даже жаль, что в РИ он погиб.
