Третий

СБ, а я посмотрю. Мне нужны один или двое из пиратов, согласные на сотрудничество с нами.
— Ты слишком многого от меня хочешь, разведка. Сомневаюсь, что кто-то согласится.
— Нужно постараться.
— Быстро не получится, нужна предварительная обработка.
— Знаю, но нужно.
— Как у вас всё непросто.
— Как будто у вас всё просто.
— У нас тоже непросто, но у вас всё конкретно заморочено.
— Займись вначале креаткой, а потом пиратами.
— Сделаю.
— А я пока камерами наблюдения займусь на станции.
— Поделишься записями?
— Поделюсь.
— Абордажники там были вчера. Прогулялись до бара. Так что можешь сам сходить посмотреть.
— Времени нет. Придётся импровизировать.
В дверь активно стучали. Лана открыла один глаз и посмотрела на дверь.
— Этим что ещё понадобилось? — она задумчиво спросила, видимо, себя, потому что я не мог знать, кто находится за дверью.
Она потянулась и, рывком встав с кровати, забрала из шкафа полупрозрачный пеньюар, который ей вчера сшили. Надевая его на ходу, направилась к двери.
— Отпуск, прикройся одеялом, — сказала она у двери.
— Зачем? — промычал в ответ.
— Прикройся, я кому сказала.
Пришлось прикрыться, но я осторожно подсматривал из-под одеяла. После чего она открыла входную дверь.
— Что, дверь решили сломать? — сказала она тем, кто находился за дверью.
— Мы решили, что вы не слышите, — ответил человек в форме.
— Я отдыхала. У меня сейчас отпуск. Имею полное право.
— Мы так и подумали. Мы вас отвлечём совсем ненадолго. У нас к вам есть всего несколько вопросов.
— У всех есть вопросы или только у тебя, капитан? СБ Аратана, как я понимаю?
— Вы хорошо разбираетесь в знаках отличия. Вопросы только у меня. Они — моя охрана.
— Нас знакам отличия учат в первом классе школы. Охрана? Да это разве охрана?
— Я понимаю, что между вами произошло небольшое недопонимание.
— Вы недопониманием называете физиономии у этих двоих абордажников? А где ещё потеряли троих?
— Ранены при зачистке пиратского крейсера.
— Какая жалость.
— Прошу проследовать за мной.
— Боюсь, у тебя, капитан, здесь нет никаких полномочий. Станция, как и система, не относятся к вашей империи.
— Понимаю, но я просто приглашаю вас на беседу, не больше.
— Корабль является частью вашей империи и на борту действуют ваши законы. Поэтому я отказываюсь.
— Послушайте, я хочу просто побеседовать.
— Я в школе телохранителей была лучшей по знанию законов разных империй. Поэтому я отказываюсь. Попытка нападения будет приравнена к нападению на представителя старшей расы со всеми вытекающими последствиями.
— Я не собираюсь нападать, хочу просто побеседовать.
— А я не хочу с вами беседовать. Мы уже все выяснили вот с ними, — она показала на абордажников, обступивших её со всех сторон.
— Тогда я буду вынужден арестовать вашего друга.
— Чего? Это ещё почему?
— У меня есть информация, что он пират.
— Это полный бред. Он никакого отношения к пиратам не имеет.
— У меня другая информация. Он ведь не представитель старшей нации, и я имею все полномочия его арестовать для проверки.
— Но он не пират.
— Вот это мы и проверим. А вы не имеете право мне препятствовать. В случае нападения на меня и моих людей будете отвечать, как представитель старшей нации, напавшей на военнослужащего при исполнении со всеми вытекающими последствиями. Парни, забирайте его.
— Это полный бред! Во время нападения пиратов он находился со мной.
— Всё время?
— Нет.
— Вот видите. Парни, забирайте его.
Вот только Лана перекрыла вход в каюту.
Сам я подслушивал и находился в замешательстве. Дураку понятно, что я не пират. Это попахивало какой-то подставой, и Лана не просто так меня защищала. Ну, как защищала? Абордажники раздевали её совсем откровенными взглядами и пока не трогались с места. Капитан периодически также опускал взгляд вниз. Уже немного изучив Лану, я был уверен, что это она сделала специально. Одно непонятно — с какой целью она так поступила? Судя по всему, они долго находятся в космосе и слюни пока не пускали на неё, но были уже очень близки к этому. Идти мне с ними совсем не хотелось. Что меня там ждало — неизвестно. А Лана меня накормила, напоила и одела. Подумаешь, ночами приходилось это отрабатывать, но я уже три ночи продержался, был жив и, если не считать синяков и болящих мышц, можно сказать, здоров.
— Капитан, я пойду с вами, — сказала Лана.
— Вы ведь только что отказались это сделать.
— Я буду выступать в качестве его адвоката. У меня есть все полномочия для этого.
— Не буду возражать.