В этой альтернативной реальности Третья Мировая война началась в 1980 году, после вторжения американцев в Афганистан и на Кубу. И хотя до тотальной ядерной катастрофы пока не дошло, боевые действия разгораются по всему свету – от Атлантики до Тихого океана. И первыми в бой идут части специального назначения.
Авторы: Загорцев Андрей Владимирович
Камчатки и сквозь помехи и статику расслышал отголоски какой-то информационной передачи — толи сводку с фронтов, толи «В Последний час».
— Докладываю, вчера наши войска начали наступательную операцию на фронтах Центрально-Европейском и Средиземноморском. Войска Германской Демократической Республики во взаимодействии с частями Советской армии, ведя тяжёлые бои, вышли на окраину столицы ФРГ города Бонн и закрепились на рубежах. «Смерть реваншистам!» — говорят наши германские товарищи», — выдохнул Ара и подхватил на нож еще кусочек жареной рыбы.
— Хорошо говоришь однако, — похвалил Рыхлый, довольно жмурясь и прихлёбывая чай с американской кружки.
— А концерт будет по заявкам бойцов Советской армии? — заинтересовался увлечённый политинформацией армянина Кузнец.
— Ай, всё будет, все расскажу, спою! И Баянову, и Зыкину, и Аллу Пугачёву, и Магомаева — всё сделаем! Итак, дальше слушайте, товарищи. Части воздушно-десантных войск провели крупномасштабное десантирование в восточной Европе. Всего лишь одним парашютно-десантным полком под командованием гвардии подполковника Г. был взят один из ключевых западногерманских городов на Центрально-Европейском плацдарме. Гвардейцы-десантники, мужественно сражаясь с войсками империалистической коалиции, не теряют присутствия духа и просят передать для них песню «Песня без слов» в исполнении Эдуарда Хиля!
Ара откашлялся, явно намереваясь запеть.
— Ой, только не это! — взмолился Ковалёв. — Ара, дорогой, спой что-нибудь другое, но только не Хиля!!
— Старшина, давай я тебе Арлекина спою, а? — возмутился Бахраджи. — Я политинформацию провожу! Что попросили гвардейцы десантники гвардейского парашютно-десантного полка подполковника Гэ спеть, то и пою!
— Да успокойтесь вы! — прервал их Рыхлый. — Я вот Колу Бельды бы послушал про оленей, а дорогой Ара только и может дурное «Тро-ло-ло» американское тянуть, — высказавшись, Иван сделал глубокую затяжку и хитро прищурился.
— А про оленей никто не заказывал, — не понял высказывания хитрого чукчи Бахраджи.
Старшина-радист сообразил быстрее всех, что Рыхлый пошутил и громко фыркнул.
Бахраджи,ошеломлённо покрутил головой и продолжил:
— Иван Фёдорович-джан, закажут гвардейцы горно-стрелкового Анадырского корпуса про оленей, ей-богу, спою! Вай, как хорошо спою!!
— Хыыыы, — выдохнул клуб дыма Рыхлый и, уткнувшись в локоть, откровенно заржал.
Я от смеха чуть не обжёгся чаем.
— А, шутка такая? — наконец-то понял армянин и широко улыбнулся. — Ваня-джан, зачем над Ашотом так пошутил? я тебе припомню «оленей утром ранним».
Еще чуть посмеялись. Рыхтенкеу взял свою винтовку, запас махорки и начал разматывать тонкий шнур, используемый в разведгруппах для связи с дозорами в режиме радиомолчания. На один из концов шнура Рыхтенкеу привязал автоматный шомпол и зажал его между двумя камнями. Подёргал. Шомпол, ударяясь о камни, начал издавать почти не слышный, но весьма различимый среди шума волн звук.
— Пошёл я, командир, на берег, сектор наблюдения подобрал, на фишке буду, менять не надо — я и спать буду, и слышать буду.
— Точно менять не надо?
— Да зачем? На мишку-«хозяина» и дольше в засаде сидел, всё хорошо..
Спальные мешки на эту задачу нам выдали хорошие иностранные — мягкие и компактные, производства какой-то норвежской фирмы. Да еще в плоту были упакованы, как дополнительное спасательное средство, специальные плащ-палатки «Дождь». Часть этой палатки надувалась как матрас, часть служила пологом-одеялом. Так что я устроился с максимальным комфортом среди камней — головой к шомполу-«сигналке». Заснул быстро, даже без таблетки. Все равно проснусь через два часа: уже организм так настроился за время подготовки к задаче. Проснулся сам вовремя. Всё-таки снилась какая-то ерунда. Вроде как американцы согласились на проведение Олимпиады-80 в Москве и все советское общество с энтузиазмом принялось готовиться и даже строить какие-то Олимпийские деревни, а я почему-то уже был в Афганистане и даже штурмовал какой-то дворец. А американцы, узнав про это, отказались присылать своих спортсменов.
Я проснулся и очумело потряс головой. Это наверняка из-за погибшего моряка такая чушь в голову лезет. И тут моё ухо явственно различило дребезжание шомпола о камни.
— Чшшш, — известил я группу о тревоге.
Ковалёв и Бахраджи молча подползли ко мне сжимая оружие.
— Ара! на базе, при возникновении боя, уничтожаешь все станции и мой контейнер! чеку на лямке рюкзака выдернешь, там патроны с ЛВЖ ( легко воспламеняющаяся жидкость) по всему рюкзаку! Кузнец, за мной!
Бахраджи занял позицию для стрельбы за
