В этой альтернативной реальности Третья Мировая война началась в 1980 году, после вторжения американцев в Афганистан и на Кубу. И хотя до тотальной ядерной катастрофы пока не дошло, боевые действия разгораются по всему свету – от Атлантики до Тихого океана. И первыми в бой идут части специального назначения.
Авторы: Загорцев Андрей Владимирович
— возвестил Симмонс и снова захохотал.
— Всё в порядке, процент с передачки мой, иначе прикрою эту лавочку!
— Договорились!
— Кооот!! — заорали они в оба голоса,- ты обещал раскрыть нам секреты непобедимости Советов!
— Кошкин, ты истинный пропагандон! — восхитился Булыга. — Смотри как янкесы о нашей непобедимости запели! сейчас даже пошамать притащут.
— Ну вы же меня знаете, шеф! — скокетничал Кошкин и снова испустил стон, который вызвал приступ неконтролируемого смеха у всех в камере.
-Ну так слушайте, — матрос сделал театральную паузу и начал рассказ о том, как в советской морской пехоте проходит торжественное захоронение окурка. Рассказывал — то понижая, то повышая интонацию, с паузами, вздохами, стонами и жестикуляцией. Причём довёл накал страстей до того, что на фразе «И тут несчастный окурок бросают в могилу размерами два на два метра», Симмонс в страхе подскочил с лежанки, а Томкинс начал метаться за дверью. Кошкин остановился и переспросил на русском Булыгу:
— Командир, а тебя-то хоть зацепило чутка?
— Не, это я так видимость поддерживаю,- сокрушённо ответил Булыга и развёл руками.
В этот момент Томкинс, услышав звонок, подошёл к входной двери, осмотрел пришедшего в глазок и с серьёзной миной отворил дверь, пропустив рабочего с пищеблока.
— Вечерний чай, сэр, — произнёс молодой чернокожий парень и с опаской уставился на полицейского.
Томкинс, еле сдерживая рвущийся наружу дурацкий смех, скомандовал пленным и заключённому:
— Лицом в стену, не шевелиться!
Морпехи, лежащие на нарах, отвернулись, Марти уткнулся лицом в стену, стараясь не расхохотаться. Томкинс просунул судки и термос с чаем внутрь и выпроводил посыльного. Передачка с пищеблока, собранная персоналом по просьбе Симмонса, оказалась то, что надо. Даже Томкинс утолил свой голод и вдоволь напился чаю.
— Эй, Кот! ты же обещал рассказать секрет, — сыто отдуваясь, позвал он Кошкина,- давай рассказывай, а то мне смена уже скоро придёт.
— А секрет нашей непобедимости…- Кошкин снова выждал, подогревая внимание аудитории, — секрет наш в надолбах, выдолбах и долбоёбах!!
Американцы, внимательно вслушивающиеся, попытались запомнить эти странные слова. Булыга всё-таки расхохотался. Вскоре Томкинс сменился, пожелав всем спокойной ночи. Новый часовой был неразговорчив и хмур. Постепенно пленные и темнокожий заключенный, рядовой Симмонс, уснули. Старший дежурной смены военной полиции гарнизона выдал сменившемуся Томкинсу бланк опросного листа, в котором он должен был описать поведение пленных и заключённого Симмонса. Полицейский долго смотрел на лист, не понимая, чего от него хотят, потом нарисовал на нём чёртиков и отправился спать. Ворочаясь на кровати в комнате отдыха дежурной смены, он повторял странное слово «далбойопы», решив как-нибудь блеснуть эрудицией.
………………………………………………………………………………………………………
В четыре часа утра из тумана, окутывающего море, на берег выползла четвёрка водолазов, таща за собой герметичные мешки со снаряженимем и оружием. Носитель безнадёжно «сдох», дошли до берега уже на последних оборотах винта. «Торпеду» разгрузили и затопили среди прибрежных скал на глубине двух метров. Обратного пути по морю уже не было. Распаковали мешки, сняли гидрокостюмы, начали переодеваться и приводить в боевое состояние вооружение и средства связи. Совсем скоро они должны заработать в штатном режиме при снятии радиомолчания. Больше всех предстояло тащить минёру Грише Буцаю. Лосев нацепил на себя десантный гранатомёт и порплет с уже снаряженными гранатами. Мошарук, как радист, тащил на себе пару радиостанций и аккумуляторный пояс. Построились, попрыгали, проверили имущество и выдвинулись по уже проверенному маршруту через скалы в район трассы, ведущей к левофланговой батарее. Шли на этот раз гораздо дольше и тяжелее, сказывалась полная выкладка и груз снаряжения. В головном дозоре полз сам капитан третьего ранга Иванов, поэтому вышли на ту же самую точку, на которую выходили ранее возле полосатых жёлтых столбиков. Осмотрелись, перебрались на другую сторону дороги и начали подбирать место для засады. Идеальное место подобрали на повороте, исходя из тактики, которую применяли американцы: пройдёт головной дозор досмотровой группы, за ним пойдёт бронированный «Гантрак», вооружённый пулемётами, и за ним уже остальная подгруппа. Засаду решили выставлять комбинированную: основную подгруппу противника, прикрывающуюся за бронированным автомобилем, уничтожить осколочными минами направленного действия, головной дозор — из бесшумного
