Трилогия «Хроники Сиалы» в одном томе. Вор и герой — понятия несовместимые? Как бы не так! Когда приходится делать нелегкий выбор между топором палача и Заказом на небольшую прогулку в мрачные могильники эльфийских лесов, трезвомыслящие люди выбирают топор палача, а герои, такие, как Гаррет, решают бросить кости и, надеясь, что выпадут шестерки, рискнуть.
Авторы: Пехов Алексей Юрьевич
одинокая капелька пота.
– Не ты ли мне говорил, что не веришь в глупые приметы? – спросил я у отражения и перерезал ему глотку.
Зеркала вокруг меня лопнули, и я вновь оказался в зеркальном зале, только теперь на месте одного из зеркал зиял выход. Тело двойника, лежащее на полу, задрожало и растеклось белесым туманом.
Я прошел испытание собственным «я», а потому дорога была открыта, и, сделав шаг, я вышел из зеркального зала.
Вначале я даже не понял, куда попал. Это был самый обычный и ничем не примечательный зал без всякого выхода. Я недоуменно прошел вперед, не понимая, где же я ошибся и что привело меня в тупик. И тут-то это и случилось. Зал изменился.
Сначала я ничего не понял и чуть было не перепугался до мокрых подштанников. Во всяком случае, мой желудок ухнул куда-то вниз и мне показалось, что я падаю в бездну. Вполне простительная реакция любого человека, внезапно оказавшегося где-то между небом и землей. Пришлось сделать над собой огромное усилие, чтобы не запаниковать и сообразить, что я, как и прежде, стою на полу, а не болтаюсь тьма знает где.
Не знаю, была ли тут магия или еще какой секрет, но стен, пола и потолка зала сейчас как бы не существовало Создавалось впечатление, что я нахожусь в ночном небе. Вокруг меня мерцали звезды. Тысячи тысяч ярких звезд. Сказочная, завораживающая картина. Звезды были на стенах, на полу и на потолке, а в середине зала сиял ровный круг бледной луны. Фиолетовой луны, имя которой – Селена. А раз Селена рядом, то и до Рога Радуги всего ничего.
Пока я шел к луне, сердце гулко стучало. Я почти сделал это! Сделал то, чему сам до сегодняшней минуты не верил!
Ру-у-у-у-у-у-у-у-о-о-о-о-о!
Чистый глубокий и в то же время тоскливый призыв разнесся меж звезд. Где-то там, наверху, у могилы Грока дует ветер, и Рог Радуги вторит ему вечным зовом.
Ру-у-у-у-у-у-У-у-о-о-о-о! У-у-у-у-у-а-а-а-а-р-р-р-у-у-у-у!
Этот звук пробирал до мурашек. Он звал. Тоскливая песнь ветра и Рога брала за живое.
Я так и не дошел до Селены. Прямо мне под ноги ударила ослепительная нитка молнии, я отскочил в сторону и зажмурился, отчаянно пытаясь восстановить зрение после яркой вспышки. В воздухе пахло грозой и магией. Когда способность видеть вернулась, на противоположной стороне Селены среди звездного неба я увидел Лафресу. Она больше не пыталась атаковать и лишь ждала, когда я приду в себя.
Казалось, что она и сейчас находится на балу, а не в сердце Костяных дворцов. Во всяком случае, Лафреса нисколько не походила на человека, проболтавшегося в могильниках целых две недели. Ее походная одежда была совершенно чистой и даже непомятой, в ушах сережки в виде серебряных паучков, широкий кинжал на поясе. С момента нашего с ней знакомства на приеме у Балистана Паргайда леди Йена нисколько не изменилась. Невысокая, с русыми волосами, сейчас собранными в короткий хвост, на высоких скулах играют фиолетовые отблески луны. Ее голубые глаза больше не задумчивы, а настороженны, они ловили каждый мой жест, каждое движение. На открытой ладони ее правой руки мерцал маленький багровый шарик. Я знал, что это такое, а потому мне стоило большого труда отвести взгляд от ее руки и вновь посмотреть Лафресе в глаза.
– Леди Йена.
– Я рада, что ты меня помнишь, вор. – Ее пухлые губы скривились.
Голос женщины в корне отличался от ее внешности. Он был очень, очень усталым.
– Ведь ты же хочешь дожить до старости? – ни с того ни с сего спросила она у меня.
– Есть такая задумка.
– Тогда советую тебе отойти от Селены и не вставать у меня на пути, иначе мне придется тебя остановить.
– Вроде ваш Хозяин запретил меня трогать.
– Если ты не будешь крутиться под ногами. Ты ведь не хочешь кормить червей, правда?
– Вроде Посланник обнадежил, что я бессмертный. – Я продолжал тянуть время.
– Все принадлежащие Домам бессмертны. Но только не в самих Домах. Этот зал – преддверие Дома Боли, и здесь и я, и ты смертны. Так что в сторону, вор!
– Как скажете, леди Йена. – Я услышал все, что хотел, и стал медленно отходить к стене. Я не самоубийца, чтобы влезать в разборку с одной из самых сильных колдуний.
Она продолжала внимательно следить за моими движениями. А я продолжал молиться Саготу, чтобы все получилось и леди Йене не вздумалось швырнуть в меня багровым шариком вопреки воле Хозяина. Лафреса дождалась, когда я упрусь спиной в стену, и только потом двинулась к Селене. Видать, все же опасалась Танцующего с тенями (это я себе льщу). Перед фиолетовой луной она на миг заколебалась, а затем шагнула на Селену. Ее тут же окутало ласковое бархатное сияние. А затем, затем леди Йена, окруженная светом луны, начала медленно подниматься над полом к звездам. Она засмеялась, и ее смех,
