Трилогия «Хроники Сиалы» в одном томе. Вор и герой — понятия несовместимые? Как бы не так! Когда приходится делать нелегкий выбор между топором палача и Заказом на небольшую прогулку в мрачные могильники эльфийских лесов, трезвомыслящие люди выбирают топор палача, а герои, такие, как Гаррет, решают бросить кости и, надеясь, что выпадут шестерки, рискнуть.
Авторы: Пехов Алексей Юрьевич
видели и не понимали, зачем с ними говорить вежливо) осведомился, когда с него соизволят снять давившую на рожу повязку. Солнечный Зайчик вздохнула и совершенно по-людски сказала гному, что повязку она снимет немедленно, но, если Халлас после этого и не подумает заткнуться, она скажет Бегущему-в-лунном-свете, чтобы он раздавил гнома копытами. Халлас крякнул и согласился, что сделка вполне честная. Счастливчик долго рассматривал свое лицо в зеркальце Кли-кли, а затем бесстрастным голосом попросил у Мумра какую-нибудь тряпку, чтобы закрыть пустую глазницу. Фонарщик выдал Хал-ласу широкую полоску черной ткани, и гном теперь походил на какого-нибудь пирата или Веселого висельника. Что же, гном обладал железными нервами. А вот случись со мной такое, я бы просьбой о повязке на глаз точно не ограничился, потому как правая сторона лица Халласа представляла собой один страшный розовый шрам. И неподготовленного человека лицо гнома могло напугать не меньше чем кинжал, сунутый под ребра.
Скакали всю ночь, и на этот раз даже я умудрился заснуть Разбудило меня то, что лось остановился. Было раннее утро, темные силуэты деревьев вздымались на фоне едва посветлевшего неба. Пахло морозной свежестью и водой. Я, ежась, слез с лося, затем помог спуститься Кли-кли.
– Иселина, – сказала мне она.
Было так холодно, что при разговоре изо рта вырывались облачка пара.
Если рядом и протекала Черная река, то я ничего не видел Вода была черной, как и окружающий нас лес.
– И что теперь? – буркнул Халлас, кутаясь в плащ.
– Спасибо, Бегущий-в-лунном-свете, – обратилась Пушистое Облачко к лосю.
Зверь фыркнул, обдал дриаду паром и, развернувшись, скрылся в лесу. За ним последовали остальные «кони». Миг, и лоси уже исчезли, даже кусты не затрещали, словно нас возили не животные из плоти и крови, а неосязаемые духи.
– Теперь? Теперь мы поплывем, – ответила гному Солнечный Зайчик.
– Сейчас?!
– Да. – А не слишком ли темно и холодно для заплыва, любезная леди?
Клянусь всеми богами, но в глубине души Солнечный Зайчик, наверное, жалела, что вылечила гнома. Во всяком случае, она проигнорировала вопрос Халласа и ничего ему не ответила. В отличие от Пушистого Облачка.
– Подожди немного и все поймешь. Делать нечего, пришлось ждать. В ветвях соседнего дерева я заметил две маленькие голубенькие точки.
– Смотри, Кли-кли. Лесной дух.
– Я его давно увидел. Он присматривает за этим участком леса.
– А где все остальные? – спросил Угорь. – В сентябре этих ребят в Заграбе было гораздо больше.
– В спячке. Они теперь до весны улеглись. Оставили наблюдателей, чтоб за лесом приглядывали, а сами дрыхнут.
– Не повезло парню, – посочувствовал я лесному духу. – Теперь ему всю зиму здесь торчать придется.
– Что уж тут поделаешь? Жизнь такая. Хочешь, возьми его с собой. Будет у тебя зверушка, – предложила мне Кли-кли.
– Мне и тебя вполне хватает, – ляпнул я и тут же схлопотал от Кли-кли преболезненный тычок в бок.
В этот момент из леса вылетел шарик, источающий ровный золотистый свет, и уселся на плечо Солнечного зайчика. При ближайшем рассмотрении шарик оказался здоровым светлячком. Но меня удивил не размер. Просто я еще не встречал живых светлячков в конце осени. По всем законам мироздания, насекомое должно было давным-давно помереть или забиться на зиму в какую-нибудь щель, а не летать, словно огонь святоши, по лесу. Но для этого светлячка законы мироздания, как видно, были не писаны. Или он попросту не успел с ними ознакомиться.
– Теперь мы можем идти к воде. Все готово, – сказала Солнечный Зайчик и уверенно пошла в сторону реки. Света светлячка вполне хватало, чтобы видеть дорогу.
– Так я и думал! – недовольно изрек Халлас, когда мы спустились к реке. – Лодка! Ненавижу лодки!
– Это не лодка, а плот, – опровергла утверждение гнома Кли-кли.
– Какого ляду разница? Лодка, плот, паром, корабль или корыто? Ненавижу все плавающее!
– Предпочитаешь остаться в лесу? – спросил Эграсса.
Халлас вздохнул и нехотя забрался на плот.
Плот был большим, так что места хватило на всех. Я, Угорь, Фонарщик и Эграсса взялись за шесты, дриады с гоблином и гномом, который враз почувствовал себя плохо, разместились в центре. Эльф перерубил толстую веревку, которая удерживала плот у берега, затем пришлось немного поднапрячься, и, работая шестами, мы вывели наше новое средство передвижения на середину реки.
– Откуда здесь взялся плот? – спросил Фонарщик, наваливаясь на шест.
– Небось дриады постарались, – ответил я воину.
– Какая, собственно, разница откуда? Главное, что он есть. А уж дриады тут постарались или Сагра нам его послала, мне совершенно
