Трилогия «Житие мое»

на группки для неформального общения. При необходимости архитектура вестибюля, с колоннами и альковами, позволяла найти уединение, но вот спрятаться тут было решительно негде.
– Здравствуйте, уважаемый! Что-то вас у нас давно не видно. С глаз долой, из сердца вон?
– Не знал, что у вас такие серьезные проблемы, что требуется мое вмешательство.
– Спасибо, чем ваше, лучше вообще никакого. Думаете, чье наследство я разгребаю до сих пор? А вот вы, похоже, забыли, что сменили место службы.
– Откуда такие выводы?
– Оттуда, что вы до сих пор пытаетесь командовать моими сотрудниками! Может, вам еще и вашу должность на бумажке написать? Чисто для памяти.
Маг с аккуратным бейджиком «Рэм Ларкес» определенно начинал кипятиться:
– Я пытался передать юноше опыт и знания, пока общение с вами его окончательно не испортило. Какой пример может подать чистильщик некроманту?!
Заслышав разговор на повышенных тонах, присутствующие среагировали по-разному: большинство поспешили отойти в противоположный конец вестибюля, а трое подтянулись ближе. Черные любят скандалить и драться, а еще больше любят смотреть, как дерутся другие.
– Да вы представить себе не можете, на что способен некромант с хорошо поставленным ударом!
От перехода на физические аргументы спорщиков спасло появление министра. Господин Михельсон был обычным человеком, но от настоящих черных отличался только мастью, шумных разборок не терпел и от неуправляемых сотрудников избавлялся безжалостно. Маги мгновенно превратились в миролюбиво беседующих коллег.
Зрители дружно вздохнули (кто-то облегченно, кто-то разочарованно) и потянулись к дверям, за которыми скрылось руководство. В скромном зале собрались все пять региональных координаторов, начальники различных служб (общим количеством семь штук), сам министр со своим первым замом и двое приглашенных гостей (следует ли рассматривать Ларкеса как гостя, было непонятно – его новой должности никто не знал). Черные как ни в чем не бывало рассаживались вокруг стола, и только хороший эмпат мог бы определить, что, скажем, главный цензор готов был поддержать прежнего хозяина Редстона, координатор Аксель – нынешнего, а шефу жандармов было глубоко плевать и на того, и на другого. Сатал посылал Ларкесу многообещающие взгляды.
Министр дал подчиненным ровно минуту на то, чтобы занять свои места.
– Господа! – Господа приняли деловой вид. – Я думаю, никому из вас не надо объяснять, что ситуация в стране критическая, и от того, что неизбежность кризиса была предсказана много лет назад, никому не легче. Сразу оговорюсь: меры по предотвращению теологической угрозы предлагались нашим министерством регулярно, но кое-кого в правительстве опыт Нинтарка ничему не научил. К счастью, ротация кадров, вызванная последними выборами и ситуацией вокруг Арангена, привела к власти более решительных людей.
Кое-кто из присутствующих понимающе закивал: министр юстиции, последний ставленник арангенских землевладельцев, полгода назад покончил с собой (он был одним из идеологов «нового уклада», позволившего кантональным властям экономить на службе очистки), а провести в правительство нового лоббиста деморализованная и обнищавшая восточная фракция не смогла.
Министр не позволил себе поминать дурным словом всегдашнего оппонента.
– Мы получили карт-бланш. От нас требуется в кратчайшие сроки ликвидировать угрозу государству, – на этом месте многие погрустнели, – но ситуация не так уж безнадежна, – тонко усмехнулся министр. – В свое время группа экспертов изучила проблему всесторонне и выработала ряд рекомендаций, о которых лучше расскажет человек, непосредственно занимавшийся их реализацией, – мой первый помощник. Прошу!
Ларкес бросил на своих недоброжелателей многозначительный взгляд и вышел к демонстрационной доске, на которой уже висело несколько плакатов. На лице бывшего координатора не было привычного для многих «кукольного» выражения, и это само по себе привлекало внимание. Вновь представленный помощник министра немного театрально закусил губу, словно вспоминая что-то, а потом обратился к собравшимся:
– Господа! Сказать, что проблема стара – значит ничего не сказать. Люди систематически пытаются заменить собой господа бога и переделать этот мир в соответствии со своими представлениями о добре и зле. Первые сохранившиеся в архивах упоминания об организации, ставящей себе целью привести человеческое общество в соответствие с божественным замыслом, относятся ко временам Белого Халака. Тщательный анализ истории показывает, что реализация этого учения всегда осуществлялась через гонения на носителей черного