Трилогия «Житие мое»

всего. Я за свою жизнь практически никого не убил (по крайней мере сознательно), а эти типы спланировали настоящую бойню – и ничего! Более того, наше драгоценное правительство (набить бы его коллективную рожу) все это санкционировало. Обучить некроманта, видите ли, было не комильфо, а детишек потрошить – запросто.
Ладно, Шорох с ними, с покойниками. Как бы самому теперь под раздачу не попасть…
– Что же теперь делать? – медленно возвращался к реальности шеф.
– А что такого? За Шороха мы не в ответе. А что до отвращающих знаков, то я периметр новый сделать хотел, по границам поместья. Как раз все печати разместил, осталось здесь погасить, а там инициировать, сегодня и хотел этим заняться. Вот и погасил.
– Разве так делают?
– А как делают? Создание периметра в периметре на порядок усложняет ритуал, у кого хочешь спроси!
– И печати точно есть?
– Хочешь покажу?
– Не надо, я же как раз и приехал затем, чтобы проконтролировать. На то, что они здесь появятся, мы никак не рассчитывали.
– Тем более что один из них был черным, – поддержал я намечающийся заговор.
Мистер Брайен серьезно кивнул.
– Какая нелепая случайность! Такое может произойти и с лучшими из нас.
– Аминь!
Шеф недрогнувшей рукой поставил чашку на стол и поехал вызывать труповозку. Бригада из НЗАМИПС приехала только утром, естественно, от пола в гостиной к тому времени осталось одно воспоминание.
Денег на замену половиц мне никто не предложил.

Вторая реинкарнация «Биокина» состоялась.
Признаюсь, до встречи с Гийомом я колебался: не хотелось оказаться персонажем книжки про безумного алхимика, решившего осчастливить человечество конструкцией из медных котелков и пропеллеров, собранной в дровяном сарае. Но если уж белый маг сумел овладеть некромантией, то черному решить проблемы дурацких бактерий – раз плюнуть. Ради великого дела пришлось купить дом удавленника целиком, благо запросили за него сущие гроши: после трех смертей там согласился бы жить только сумасшедший (ну, или черный маг).
Кстати, половицы в гостиной я менял сам, в смысле с молотком в руках, плотники к ним даже прикасаться не хотели, хорошо, хоть материал согласились привезти. Интересно, что скажет Йохан, когда узнает о причинах ремонта?
Вместе с моими компаньонами по новому проекту в Суэссон прикатил Четвертушка.
– Ты-то чего сюда приперся? Ты же вроде автомобилями заняться хотел.
Вид здешних грузовиков способен был вызвать у приличного алхимика инфаркт.
– Не пошло, – дернул плечом Рон и понизил голос: – Ты только никому не говори, хорошо? Помнишь, я с родичами поругался?
– Ну и?..
– Мне друзья недавно шепнули, что мамаша хочет меня умалишенным объявить.
Я оглядел Четвертушку на предмет признаков безумия (волосы причесаны, слюни не текут, взгляд умеренно нахальный).
– Да ну, ерунда какая! Ты дядьке своему сказал?
– Сказал. Он посоветовал мне исчезнуть на время. У моей маман специфические знакомства среди целителей, так что может и получиться. Потом всю жизнь буду доказывать, что не псих.
– М-да. – Оказывается, мои родственники еще не самый худший вариант. – Но место ты все равно выбрал неудачное.
– Боишься конкуренции? – прищурился Рон.
– Ни разу! У меня тут уже репутация, клиенты.
– Ну-ну. За патент не беспокойся, я все сделал. Кстати, камуфляжем военные интересуются.
С приездом новых обитателей большой дом сразу стал шумным и тесным. Первые три дня путешественники просто приходили в себя и делились со мной (!) впечатлениями от поездки. Я им что, эмпат-исповедник? Четвертушка прикалывался над обилием пересадок (к слову, мне пришлось делать на одну больше), Полак возмущался отсутствием сервиса (он просто никогда не возил в багаже мотоцикл). Что до Йохана, то его повергли в шок сложные перемещения, я даже не уверен, что при необходимости он смог бы найти дорогу назад. Белый притащил с собой кучу бидонов и аквариумов и до сих пор не осознавал своего счастья – ничто не потырили и не разбили.
А по вечерам Полак слушал музыку на моем граммофоне.
Вот когда я пожалел, что затянул с доставкой оборудования! Отправил бы всех в сарай трудиться во благо, и дело с концом. Одна опись и распаковка такого количества барахла заняла бы неделю! Но деньги снова приходилось экономить, и отказаться от халявы я не