Трилогия «Житие мое»

покрытое наплывами лишая, в другом торчала аккуратная решетка, плотно засиженная ракушками величиной с ноготь большого пальца. В третьей емкости плавали рыбы. На моих глазах кусок руды раскололся, внутри копошилось длинное, розовое существо, не очень довольное тем, что его обнаружили.
— Что это? — почти хором спросили мы с Четвертушкой.
— Бурильщик! — с тихой гордостью ответил белый.
Дальше последовали минутное замешательство и получасовая лекция об обитателях морского дна. То есть, я знал, что природничество — особое искусство (недаром его отделяют от белой магии так же, как некромантию от черной), но насколько оно специфично до конца не понимал. Йохан, с ласковой улыбкой, барабанил пальцами по стеклу аквариумов, демонстрируя их обитателей и описывая достижения своих питомцев так, словно лично помогал каждому. Однако результат был налицо — бурильщики крошили камни, бактерии переводили минералы в растворимую форму, моллюски — осаждали готовый продукт, а рыбы плавали вокруг, поедая всех, кто работал недостаточно усердно. Йохан изящно обошел потребность в сачке — по сигналу цветной лампы плавучие надсмотрщики собирались в отдельный загон, давая работникам время на личную жизнь.
— А это серенькое — что? Я потыкал пальцем в сторону бурых наростов.
— Ежи.
— ?
— Морские. Знаете, среди них тоже есть сверлящие виды.
— А.
Никогда бы не подумал, что в море тоже есть ежики. Сверлящие. И в каком же месте у них дрель? Мать моя! Чего только на свете бывает. А вот рыбы выглядели несолидно.
— Почему такие мелкие? Это мальки?
— Нет, — дернул бровью маг. — Вы же задали необходимую производительность! Этот размер оптимальный, если организовывать транспортировку продукта, проще создать еще один вид. Деятельность регулятора потрясающе сказывается на работе ансамбля, — он одарил аквариум смущенным взглядом. — Странно, мне ни разу не встречалось упоминаний об использовании хищника для стимуляции продуцирующих организмов.
А я так совсем не удивлен. Не каждому белому придет в голову, что все их замечательное творчество кто-то должен есть!
— С этим можно работать! — торжественно объявил я. — Пробный контур сделаем здесь, в овражке. Слышь, Рон, ты насчет землечерпалки договориться сможешь?
— Без проблем, — Четвертушка солидно покивал.
— Могу ли я в своей статье указать вас в качестве соавтора? — стыдливо поинтересовался Йохан.
— Можешь, — разрешил я, представив, как будет смотреться в компании природника моя типично черная фамилия, — но статью отошлешь не раньше, чем мы оформим патент.
И завертелось.
Жизнь начала приобретать привычный ритм. Земляные работы, препирательства с Четвертушкой, составление проекта и на ходу — заказ оборудования под него (и помнить, что наши финансы не беспредельны). Теперь химикаты для Йохана везли не бутылями, а бочками. Работа для денег (началось лето, и инспекторские поездки посыпались как из рога изобилия), работа для души (я все еще дрессировал голема).
Полковник Райк в качестве виры за приключения в шахте вытребовал с салемских братчиков новый грузовичок с модным световым глушителем и теперь гордо разъезжал на нем по Суэссону. Дик Кирчун как самый любознательный из «чистильщиков» пришел ко мне выяснить насчет зомби (слухи о котором все равно пошли, но кто же поверит сплетням про черного мага!), долго пытался приманить Макса колбасой и гонялся за мистером Флапом вокруг дома, но мои творения благоразумно держались от озабоченного колдуна подальше. Зато пришел Бандит и насажал гостю шерсти на штаны.
К осени наемные землекопы едва-едва успели оформить замкнутую цепочку прудов с цементным основанием (еще чуть-чуть и мне пришлось бы лично оплавлять дно резервуаров). В одну сторону сток шел естественным путем, а для перекачивания жидкости в верхнюю часть каскада пришлось сооружать водяное колесо из просмоленного дерева и подбирать емкости, устойчивые к реагенту (пол-литровые пивные кружки как раз подошли). После первого же обильного ливня мы запустили процесс, Йохан лично проследил, чтобы система вышла на рабочий режим, а затем я опустил в бассейн контрольную навеску руды. И на следующий день не смог ее найти — съели начисто вместе с проволочной авоськой.
— Слышь, а то, что мы делаем, не опасно, скажем, для судоходства?
— Исключено! — сверкнул глазами Йохан. — Организмы не активны в растворе с пониженной кислотностью.
Не знаю, не знаю, у меня вид бирюзово-радужного пруда вызывал некоторое опасение. Ну и фиг! Будут строить суда из чистого дерева.
В итоге, мы накидали в рабочий бассейн две тонны не пойми чего, соединили водяное колесо с ветряком и принялись