Трилогия «Житие мое»

черный маг — хуже всякого проклятья. Перепутать меня с белым невозможно было даже спьяну, пришлось просить мисс Фиберти заказать завтрак от своего имени и много-много кофе. Ночью я считай, что и не ложился. Образ белого трещал по швам, но с этим мы разберемся позже. Итак, что у нас есть?
Те, кто прячется под щитами, опасны для меня, только если их интересует данный конкретный экспресс. Но зачем кому-то тратить столько сил и средств (черная магия — штука не дешевая) ради раскрашенного самовара на колесах? Глупый вопрос. Конечно, из-за колдуна-убийцы! Некогда ходило поверье, что черный, вкусивший крови, теряет разум подобно зверю-людоеду, возможно, кто-то разделяет это заблуждение и сейчас. Жандармы облажались и смотались, что еще могут сделать власти для поимки преступника? Устроить облаву, но только не на ходу, иначе им придется бегать по поезду, несущемуся на всех парах, швыряясь проклятьями, арбалетными болтами и еще фиг знает, чем, в окружении гражданских. Нет, разумнее набрать побольше сил, остановить экспресс, разом вытолкнуть пассажиров из вагонов и досмотреть. Спрашивается, причем тут засада на разъезде?
Определить в толпе всех инициированных черных не составит труда, и я неизбежно попаду в число арестованных. Нет, уголовного дела не заведут — отпечаток ауры на месте преступления не мой, но ржач будет страшный. «Ха-ха-ха! Смотрите, черный в белые переписался!» Если в засаде сидят армейские маги (существа болтливые и беспардонные), новость за сутки облетит всю Ингернику, и мне останется только удавиться от стыда. И это не оглядываясь на тех, ради кого был устроен маскарад… Предки, ну чем я перед вами провинился?!!
Есть только один шанс совладать с ситуацией — выцапать мерзавца раньше, чем власти начнут захват. Живым и здоровым — чтобы мог под протоколом подписаться. Времени в обрез.
Первым делом — Шорох. И пусть не говорит, что не может указать того, кто убил алхимика! Оказалось, может, но с точностью плюс-минус полвагона — мешают защитные знаки под обшивкой. Придется идти самому. У меня, в отличие от жандармов, была зацепка — жуками-зомби я уже занимался и знал, какое воздействие оказывает на заклинателя данный конкретный тип ворожбы. Обычно спецэффекты проходили часов за восемь, но, если повезет, что-нибудь в глаза да бросится.
Я потратил пятнадцать минут драгоценного времени, чтобы более-менее справиться с нервами и снова войти в образ.
— Клара, будь добра, найди кого-нибудь полицейского и скажи — убийца едет в одном из двух первых вагонов. Лучше, если полицейским будет инспектор Графт.
— А он там едет? — уточнила мисс Фиберти.
— Едет. Я иду туда — нужно подстраховать наших легавых. Возможно, мне придется раскрыться.
Она кивнула и умчалась. Я взял из наших запасов два больших золотистых яблока и отправился спасать мою бедную репутацию.
Первые два вагона традиционно — плацкарты. Там отчетливо попахивает дымом, ветер то и дело бросает в окна отработанный пар, а гудки паровоза среди ночи способны разбудить мертвого. Зато билеты сильно дешевле, поэтому пустых мест не бывает. Я вдыхал запах пота, дешевого одеколона и жареной курицы, гадая, когда стал обращать внимание на такие мелочи. Белый, бредущий по проходу и рассматривающий людей, не вызывал ни каких вопросов. Особенным везением было то, что мистер Даккер со своей дочуркой ехали в первом вагоне, а не во втором — не пришлось объяснять, зачем мне нужно дальше.
Установить личность некроманта оказалось не сложно. Все признаки контакта с насекомьей сущностью налицо: руки колдуна подергивались в непроизвольных скребущих жестах, глаза смотрели перед собой, зато движения головы приобрели необычную размашистость. Выходит, мои восемь часов были весьма неплохим показателем! Сойти с поезда, не привлекая внимания, он не мог, но у него был сообщник — невзрачный юноша с невыразительно физиономией. Вероятно, они изображали что-то вроде убогого родственника под опекой. Не останавливаясь рядом с подозреваемым, я прошел к месту, где сидели Даккеры.
— Здравствуйте! — вручить яблоки Нэнси — пусть жует и молчит. — Проводники говорили, что пассажирам дадут бесплатный завтрак, но, видимо, их руководство передумало.
Я сел так, чтобы краем глаза смотреть в проход. Дочурка Нэнси впилась зубами в золотистый плод и пробормотала что-то невнятное.
— Спасибо, — поблагодарил мистер Даккер. — Я не рассчитывал, что мы задержимся в пути на двенадцать часов.
Мне оставалось только печально покивать.
— Вы знаете, что произошло? — встрепенулся сосед с верхней полки.
— Мне ничего не рассказывают, — это нормальное состояние для белого.
Между тем некромант подал спутнику какой-то знак, встал