Трилогия «Житие мое»

сил к западному побережью следует начать немедленно. Характеристики наших новейших кораблей позволят экспедиции не зависеть от ветра и избежать главной опасности прибрежных вод Са-Орио — смеси плавучих водорослей и ракушек, взбаламученных штормом. Поскольку целью атаки станут не мощные береговые укрепления, а стоящие на рейде суда (большей частью — деревянные), для выполнения задачи эскадра разделится на небольшие группы из двух-трех кораблей. Сама атака будет осуществляться сочетанием боевой магии и алхимических средств — катапульт с зажигательными снарядами. По нашим данным, в бухтах восточного побережья сейчас сосредоточены до девяноста процентов всех судов империи водоизмещением больше тонны. Их уничтожение позволит считать угрозу массовой миграции не актуальной.
— Но куда денутся все эти люди? — печально вздохнула госпожа Саванти. «Белая в своем репертуаре!»
— Останутся в империи, — нервно улыбнулся Олеман. — Где мы сможем им помочь, если их правительство будет более сговорчивым.
— Хороший план, — одобрил господин Михельсон. — Мы готовы выслушать его более подробно.
Мистер Олеман взбодрился.
— Для организации регулярных рейдов к берегам империи наиболее удобны Внешние острова…
И тут докладчик осекся, взглянув на генерала Зертака: боевой маг сидел прямой, как палка, и сильно сбледнул с лица.
— Э-э… Господин генерал? С вами все в порядке?
— Он вспомнил, — вежливо пояснил Ларкс. Губы Зертака шевелились в беззвучных ругательствах.
— А конкретней, — нахмурился министр.
— Что на Внешних островах сейчас находятся полторы тысячи армейских экспертов и всего четыре куратора, — сухо улыбнулся координатор северо-запада. — Причем к каждому гарнизону прикреплены минимум два паровых катера. Они всю зиму наблюдали за толпами ломящихся в Ингернику са-ориотцев, естественное любопытство должно было заставить их поговорить с беглецами. Так что, о ситуации по ту сторону пролива они уже знают.
— Если до них допрет… — прохрипел Зертак.
— … что за проливом лежит земля, которую никто не защищает, соблазн, скорее всего, окажется слишком велик. Самые предприимчивые группы отправятся на другой берег за добычей, а дальше начнется именно то, что описал нам уважаемый Олеман, — подытожил Ларкес.
«Просто обыватели увидят сразу готовый результат».
— Следует немедленно запретить…
— Запретить черным? Проще сразу листовки раздать. Тогда к армейским присоединятся еще и цивильные маги. Собственно, процесс наверняка уже пошел.
Вот над этой-то дилеммой Ларкес и ломал голову весь последний месяц. Боевые маги Ингерники — основа военной мощи страны и опора гражданской безопасности — грозили превратиться в ее могильщиков. С таким трудом созданное доверие и ростки новых традиций, более вдумчивых и рациональных, могли быть растоптаны табуном стереотипов.
«Запретить — нельзя, отгородиться тоже. Объяснить обывателям, что буйные колдуны — жертвы войны, будет очень сложно. А у нас еще и Искусники…»
Сектанты будут просто без ума от такого подарка — они всегда утверждали, что черных надо водить в цепях, как ярмарочных медведей. Дальше — бунт армии, дробление страны и магический коллапс. Ларкес видел только один приемлемый выход из положения — зачистить восточное побережье империи под ноль, а потом ликвидировать участников операции.
Алия Саванти начала истерическим жестом терзать носовой платок. Нехарактерно молчаливый Аксель изображал херувимчика. Министр Алхимии всем своим видом показывал, что за колдунов не отвечает.
— Спокойно!!! — господин Михельсон встал, воздвигся над собравшимися, подобно грозному божеству (министр всегда умел произвести нужное впечатление). — Если бардак нельзя предотвратить, нужно его организовать и возглавить! Предлагаю отобрать наиболее ответственных командиров и намекнуть им на возможность обогащения (неофициально). Главное условие — наличие в группе гражданского куратора. В отсутствии свидетеля группа будет обвинена во всех грехах, совершенных на сопредельной территории, без дополнительного следствия, и наказана по ингернийским законам.
— Такой подход они способны понять, — пробормотал Зертак.
— В Краухарде черные сами разбираются с ренегатами, чтобы избежать внимания властей, — вставил Ларкес. Его мысль напряженно работала. — Поставленная в такие условия, боевая группа способна к самоограничению.
— Но что скажут власти И’Са-Орио-Та? — всплеснул руками мистер Олеман.
— Мы, кажется, только что договорились, что империи осталось жить три года. Пусть получат свою помощь явочным порядком, так сказать. Благодарить не обязательно.