Трилогия «Житие мое»

вдруг по нервам, открытым для волшебства, резануло чувство, никогда прежде Лавандой не испытанное. Тянущий холод и одновременно запах, которому невозможно дать название. Движение без объекта, хлопок одной ладони. Волна чего-то чужого и хищного, предъявляющего свои права на разум и волю, как зеркало овладевает чертами твоего лица. Белый Источник мгновенно свернулся, не желал присутствовать рядом с ЭТИМ. Лаванда внезапно осознала, что все сражавшиеся маги корчатся на полу, их сопротивление сломлено.
— Некромансер! — прошипел Хаино. — Уходим! — Он первый взял себя в руки и встал.
Чудовища, как ни странно, не спешили развить успех. Казалось, они наблюдают за деморализованными бойцами даже с некоторым интересом. Монстр, которого пытались оттеснить в боковой проход, осторожно потыкал в ботинок уползающего мага и попытался завладеть ободранным чемоданчиком.
Организованное наступление превратилось в поспешное бегство. Все-таки, состояние конфликта для белых неестественно, а может, та странная волна фатально нарушила их самоконтроль. Хаино не пытался остановить бойцов — в подземелье им делать было больше нечего — но шел не торопясь, сохраняя достоинство. Проблему представлял Сэм: насмотревшись на смерть Адарика, почувствовав свою беспомощность перед подземными монстрами, коротышка впал в заторможенное состояние, обычно для людей не характерное. «Как будто это он здесь — единственный белый!»
Сэм с трудом переставлял ноги и не понимал простых слов, Лаванде приходилось буквально тащить его волоком. Они шли последними, в трех метрах за ними плотным строем наступали монстры.
Беглецы давно уже миновали надежные коридоры, пол явственно вздрагивал под ногами полудюжины людей. Лаванда не заметила момента, когда дрожь перешла в покачивание, а к звукам шагов добавился оглушительный треск. Часть пола и стены просела вниз, открыв провал неизвестной глубины, Лаванда заскользила по наклонной плоскости, успев затормозить буквально у самого края, а Сэм умудрился перевалиться через него, повиснув на руках. Чудо, что Хаино следом не снесло!
Свет упавшего фонаря сверкнул на хищном частоколе разорванных конструкций. Белая мертвой хваткой вцепилась в незадачливого спутника.
— Помоги нам!
Пол под Лавандой упруго вибрировал. Веса Хаино он, конечно, не выдержит, но можно же придумать что-то еще! Однако мысль Посвященного устремилась куда-то не туда — его взгляд стал отрешенно-задумчивым. Именно так Искусник выглядел после встреч, на которых очередному сектанту подписывался смертный приговор. Похоже, он принял решение.
— Пойдем, Касси, ему уже не поможешь.
— Нет! Мы уйдем вместе.
Сэм болтался над металлическим хаосом, как сосиска, и безуспешно пытался подтянуться на руках. Для своего роста он был достаточно тяжелым, Лаванде просто не хватало сил втянуть его наверх.
— Верни бойцов, свяжите из комбинезонов веревку!
На лбу Посвященного собралась скорбная складка. Он что, не собирается им помогать? Долгие наблюдения за Хаино помножились в уме Лаванды на вспышку интуиции, ее настигло ПОНИМАНИЕ. Вот она, причина всех странностей! Действуя в соответствии со своими убеждениями, Хаино потерял кого-то очень для него дорогого. И теперь белая натура, защищаясь от безумия, требует признать жертвы неотъемлемой частью реальности, своеобразным благом. Он даже не пробует их избежать.
— Скольких еще тебе надо убить, чтобы признать свою ошибку?!!
На мгновение ей показалось, что она достучалась до него, древнее безумие отступило и перед ней не Искусник, Великий Посвященный, а просто человек. Но мгновение прошло, лицо Хаино странно исказилось, и он отпрянул, канув в темноту. Лаванда осталась в обществе двух монстров и всхлипывающего от ужаса Сэма.
Заклятье на разбитом фонаре рассеялось, и голубой волшебный свет выцвел до красноватого чадного пламени. Ближайший монстр сдвинулся с места. Пока белая прикидывала, упасть ей в обморок или просто закрыть глаза, чудовище рассыпалось пылью и стекло в пролом, зафиксировав собой падающих людей, гнущиеся балки и рвущийся металл. Лаванда почувствовала, что Сэм больше не сползает вниз, но руку юноши не выпустила. «Ну-с, и в чем еще Хаино обманулся?»

Долгожданное знакомство с «ла-ла-ла» как-то сразу не заладилось.
Обстановка зала, в который перенес меня хитрый подъемник, ничуть не походила на подземелье выползня или тронутый тлением, но по-прежнему надежный купол Города Наблы. Где-то строители сэкономили или поспешили, но тут все буквально разваливалось под собственным весом. Не слабо, если учесть, что пол просматривался вниз этажей на