Трилогия «Житие мое»

гнать брагу, но после первой же попойки был сильно поцелован чариком (нежить такая есть) и больше не рисковал. Нет в Краухарде спроса на крепкие напитки! Если подумать, то я даже в Редстоне вкуса к суровым пьянкам не приобрел – не люблю терять сознание, в наших краях это чревато последствиями. А тут тебе белое, красное, яблочное, полынное… Хотя, должен признаться, после третьего бокала разница как-то смазалась. Узнать, на что способен пьяный в дупель черный маг, окружающим не удалось.
– Слышь, Том, не пей больше. – Четвертушка вынул у меня из рук бокал.
Я даже обалдел от неожиданности:
– Ты чего?!
– Того! Я здесь мельком парня одного увидел, он раньше с Мелонс тусовался, а что тут делает – не понимаю. Не приглашали его! Как бы чего не вышло…
Во, блин, нашли время! Что ж это мне так не везет с банкетами?
Четвертушка и сам был уже тепленький, забота о приятеле в его исполнении выглядела до изумления трогательно.
– Больше не буду! – искренне пообещал я и перешел исключительно на закуски, они у ассенизационного магната тоже были хороши.
Вечеринка получилась не хуже, чем дома: снобизм быстро улетучился, гости танцевали под музыку и без оной, что-то шумно обсуждали и смеялись. Йохан, весь вечер пивший исключительно яблочный сок, развлекал группу белых глубоко философской беседой, Полак окучивал очередного спонсора. Какой-то кругленький коротышка все хотел выяснить у меня, достаточно ли мне платят, а я пытался сформулировать культурно, что плевать в потолок за большие деньги может только проститутка.
Давно стемнело, и дело близилось к полуночи, когда подошел официант и сказал, что вызванная мною коляска уже здесь. Должно быть, это Четвертушка расстарался. Вообще-то я настраивался заночевать мордой в салате – говорили, что зал арендован аж до двенадцати часов следующего дня, но раз за мной приехали, надо идти. В конце концов, перина мягче, чем паркет. Вдруг меня на полу продует?
Я со вздохом перенес отяжелевшее тело в стоявшую у подъезда коляску, больно укололся обо что-то в темноте, грязно обругал возницу, испускавшего ароматы рыбацкой корзины, и почти сразу же уснул.
Момент засыпания и самого сна мною никак не ощущался, не было ни сумеречных проблесков сознания, ни видений – ничего. Я закрыл глаза и открыл глаза, обнаружив над собой высокий потолок и стеклянный купол. Сквозь пустые проемы ажурных рам виднелось голубое небо, а ведь уже не лето на дворе. Холодно!
Поежившись, я осознал тот факт, что лежу, во-первых, не дома, во-вторых, вообще неизвестно где и, в-третьих – совершенно голый.
И тут моя натура властно потребовала встать.
– Лежи смирно! – сообщили откуда-то сбоку. – Страшное заклятие не позволит тебе пошевелить даже пальцем.
Я осторожно ощупал себя, ничего не нашел (штанов тоже!) и сел. Интересно, кого они хотели купить на эту тупую шутку?
На меня потрясенно смотрели двое, по всем признакам – белые, но какие-то жеваные, а ведь физическое здоровье магов напрямую зависит от душевного. Особенно скверно выглядел ближний ко мне парень – глаза лихорадочно блестят, щеки ввалились, шевелюра всклокочена, в руках копье. Не шучу, натуральное такое, раритетного вида, правда, держал он его как метелку.
– Мы не боимся тебя, колдун! Учитель убил твою магию, теперь ты не способен никому навредить.
Неслабая клоунада.
В них было что-то до боли знакомое, и в моей памяти неожиданно всплыли зомби Белого Халака. Ну конечно! Что означает – копьем он меня пырнет запросто, если я позволю делу скатиться до мордобоя, с другой стороны, это ведь необязательно должно произойти. Как там капитан про них говорил? Доверчивы, внушаемы, исполнительны.
Никогда бы не подумал, что потребность сходить в уголок так стимулирует мышление.
– Несчастные, вы отказались от своей души! – трагическим голосом возвестил я. – Вы все равно что мертвецы, а мертвецы находятся во власти черных магов. Повинуйтесь! Заклинаю вас первой звездой, могильным туманом и кишками черной кошки! У-у! Да потеряете вы истинное зрение и не способны будете отличить иллюзию от реальности! Вот.
Сказал и щелкнул пальцами, желая вызвать сноп разноцветных искр – вместо этого над моей ладонью надулся огромный огненный шар. Я по-быстрому стряхнул его под стол, запахло гарью.
Короче, надо сваливать.
Как и ожидалось, критически осмыслить ситуацию зачарованные не смогли. Пока придурки хлопали глазами, пытаясь решить, чему из увиденного верить, я собрал в охапку свои шмотки и был таков. И пусть сгорят там синим пламенем, сами виноваты.
Выбравшись на захламленный двор и натянув помятую одежду, я огляделся. За моей спиной стояло еще вполне крепкое, но явно предназначенное