Вот никогда бы не подумал, что я на такое способен! Привыкли мы к цивилизации. Стали мягкими и терпимыми. То ли дело раньше, в Средние века. Там с несогласными особо не панькались. Добрая сталь, она, знаете ли, к мягкости и терпимости особо не располагает. Не раз я жалел о том, что живу не в те времена. И вот надо же было такому случиться – попал я. Попал конкретно. Ага! В те самые времена и нравы. И попал не я один. Други мои тоже влипли. И ладно бы, если бы это были просто те времена. А добавьте сюда еще и магию. Представляете этот коктейль?
Авторы: Степанов Николай Викторович
убирают. Конечно, не арена, но для поставленной задачи подойдет. Так, только я не совсем понял. Дихрон рассказал о девяти бросках. А что делать с последним кинжалом?»
– Предупреждаю, – тут же набросился на Дихрона толстяк. – Чтобы никакого колдовства у меня на помосте.
– Какое колдовство? Кинжалы серебряные. Мы же не кудесники, я тебе свои документы показывал.
– А он?
– Мой племяш пока только учится. Если не веришь, нацепи на парня какую-нибудь побрякушку.
Хозяин выдвинул ящик стола и вытащил треугольный медальон.
– Пусть наденет от греха подальше.
– Сигнализатор? – удивился новоиспеченный импресарио. Этот амулет издавал жуткие звуки, если его обладатель обращался к силе.
– А тебя что-то не устраивает, уважаемый? – грозно спросил Русгин.
– Все устраивает, – поспешил заверить Дихрон. – Племяш, надень его.
– Учтите, толпа сегодня настроена враждебно, могут и камнями забросать, если будут промахи. – Хозяин выдал парню пояс с кинжалами. – Наверное, погода виновата. Облака нынче очень тяжелые. Да и громыхает все чаще и чаще. Что за напасть? Представляешь, твоему предшественнику камнем попали прямо в висок, а он, гад, прежде чем умереть, успел клинок метнуть. И девице прямо в шею угодил. Всю сцену мне в крови вымазали.
Русгина абсолютно не волновала жизнь исполнителя и ассистенток. О смерти обоих он говорил, как о прогнившей доске на помосте, которую вдруг не вовремя приходится менять. В душе фокусника начинала закипать злость на этого разъевшегося кабана.
– Я должен опробовать кинжалы перед тем, как ими работать. Иначе выступления не получится. – Парень покрутил ножи в руках, ему показалось, что сбалансированы они хуже подарка вархуна.
– И как ты себе это представляешь? – ехидно спросил толстяк. – У меня представление. Если через минуту я не начну, зритель потребует деньги назад.
– Дайте мне пару яблок, я опробую ножи перед тем, как вы приведете девушек.
– Не морочь мне голову. Какие еще к Кардыблу пробы?! Иди и выступай!
– Не надо торопиться! – Перед выходом на арену Андрей всегда старался сосредоточиться на предстоящем номере и мог иногда сказать лишнего тем, кто ему мешал. Это касалось даже хороших знакомых и друзей. Хозяина здешней сцены он вообще готов был убить, но только одарил его тяжелым взглядом. – Все будете делать, как скажу я! И никаких возражений, иначе публика забросает камнями не одного меня. Вам понятно?!
– Да, – ответили сразу оба магира.
– Тогда слушайте внимательно. Дамочек выведете на сцену, как только все эти ножи окажутся в щите. Тот, кто выведет ассистенток, должен вытащить кинжалы и на обратном пути вернуть их мне. Надеюсь, он ничего не перепутает?
– Нет.
– Тогда чего стоим? Здесь как принято – самому себя объявлять или…
– Хорошо-хорошо, сейчас. Эй, Мурзуг! – Толстяк был озадачен поведением артиста – никто из них не смел повышать на хозяина голос, а этот мало того что устанавливал свои правила поведения на сцене, так еще и приказы раздавал направо и налево.
В комнату вошел худосочный паренек в брюках и рубахе с тремя лямками, поверх плеч был накинут яркий желтый платок.
– Да, хозяин?
– Иди на сцену, объяви нового исполнителя, – пробурчал Русгин.
– Как вас представить, уважаемый?
– Король змей, – подкинул идею Дихрон.
– Замечательная кличка, – похвалил конферансье. Он вернулся довольно скоро. – Ваш выход, змеиный король!
«Елки-метелки! Собирался на отдых, а приходится вкалывать, и не только на «дядюшку». Еще и фокусы местным показывать, – беззвучно жаловался на судьбу Фетров. – Хозяин балагана – последняя скотина, инвентарь не опробован, зритель, того и гляди, камнем угостит, вместо манекена живых людей используют… Сказка, да и только! В общем, за что боролся…»
Парень на ходу мысленно подбирал амплуа, в котором будет выступать. Пришедших в голову вариантов было немного: ловкач, рохля, самовлюбленный индюк… В итоге циркач остановился… На помост он вышел, держа пояс с кинжалами перед собой на вытянутых руках. Со стороны казалось, будто растерянный человек впервые увидел холодное оружие и не знает, что с ним делать. Не ожидавшая подобной выходки толпа затихла.
Дойдя до середины сцены, Андрей споткнулся, едва удержавшись на ногах, и только сейчас оторвал взгляд от клинков. Осмотревшись, он вздрогнул и изобразил испуг на лице.
– Здравствуйте, господа, а чего вы тут собрались?
– На тебя, дурака, пришли посмотреть, – нашелся кто-то с ответом.
В толпе раздался недружный смех.
«Замечательно! – похвалил себя фокусник. – В того, над кем смеются, камни обычно не
