Вот никогда бы не подумал, что я на такое способен! Привыкли мы к цивилизации. Стали мягкими и терпимыми. То ли дело раньше, в Средние века. Там с несогласными особо не панькались. Добрая сталь, она, знаете ли, к мягкости и терпимости особо не располагает. Не раз я жалел о том, что живу не в те времена. И вот надо же было такому случиться – попал я. Попал конкретно. Ага! В те самые времена и нравы. И попал не я один. Други мои тоже влипли. И ладно бы, если бы это были просто те времена. А добавьте сюда еще и магию. Представляете этот коктейль?
Авторы: Степанов Николай Викторович
не пришлось использовать.
– А потом? – Андрей хотел услышать, какие ощущения были у собеседницы после отмщения.
– Потом я отправилась с ними, хотела хоть чем-нибудь отблагодарить благородных помощниц. Рассказала, что могу сотворить мощное заклинание, если им необходимо. Мне завязали глаза и отвезли… Это было подземелье, в котором обитали только дамы.
«Женский монастырь? – мысленно предположил змеиный король. – И его воспитанницы исповедуют отнюдь не милосердие».
Зарна тем временем продолжала:
– Я впервые столкнулась с людьми, помешанными на убийстве. У каждой над кроватью висит шест с зарубками – по числу совершенных убийств. Они ими гордятся. Например, у Рольгин, как звали танцовщицу, на палке было двадцать шесть отметин. Она мечтала получить двадцать седьмой заказ, чтобы подняться на ступеньку выше в иерархии немых рудокопов.
– Сколько же их там?
– Точно не знаю, но человек тридцать я видела.
– Неслабо! Что же заставило их стать убийцами? Они ведь женщины!
– Лютая ненависть к мужчинам. Причем, как мне кажется, у этих дам она доведена до фанатизма. Представляете, на каждом углу там стоят деревянные мишени в виде голых мужиков с такими… – волшебница запнулась, – мордами, что нормального человека оторопь берет. А этим – хоть бы что. Каждая считает своим долгом метнуть нож или дротик, проходя мимо. Не буду говорить, в какое место они целятся.
– И кто управляет рудокопами?
– Меня почти сразу привели к Дорсим. Невысокая узкоглазая женщина лет сорока. Она среди всех, пожалуй, единственная дурнушка. Жидкие кучерявые волосы, нос картошкой… Волшебница долго и монотонно говорила о нелегкой женской судьбе, а потом вдруг резко поинтересовалась, не желаю ли я продолжить святое дело по уничтожению самцов рода человеческого. Я, конечно, сообразила: если откажусь, меня здесь и закопают. Но уже тогда решила: убегу при первой возможности. Там, у Дорсим, я, кажется, в первый раз лишилась чувств. Очнулась уже в маленькой комнатке, такой же, как и у других женщин. Над кроватью у меня висел шест с одной зарубкой, а в душе… Я даже испугалась от нахлынувшего приступа ярости. Хотелось разорвать кого-нибудь на части. Не сдержавшись, я бросила глиняный кувшин в деревянную статую обнаженного мужчины. Лишь после этого смогла привести чувства в относительное равновесие.
– Вас загипнотизировали?
– Не знаю, что они сделали, но внутри сразу поселился страх, что немые рудокопы сумеют превратить меня в монстра, подчинить своей воле, выведать секрет моего мужа и потом… С полчаса пребывала в оцепенении. Немного успокоившись, придумала специальное заклинание, в каком бы состоянии ни находилась, стоит кому-то в разговоре со мной произнести слова «тайна» или «секрет», я сразу должна очнуться от дурмана.
Андрей кивнул. Ему стало понятно, почему волшебница сегодня все-таки вышла из транса.
– Как вы попали в Гюроград?
– Об этом я рассказать не могу. Последнее, что помню: мы с Рольгин первыми вызвались выполнить поступивший заказ. Потом был инструктаж у Дорсим. А очнулась я только в крепких объятиях змеиного короля. – Собеседница улыбнулась.
– Вы раньше играли на музыкальных инструментах?
– В детстве у меня была свистулька.
– Неужели с помощью магии из любого можно сделать музыканта? Вы бы послушали себя! Исполнение было превосходным.
– Но играла не я, – отрицательно покачала головой Зарна. – В состоянии транса моим телом наверняка завладел дух какого-то великого музыканта. Он и извлекал чудные звуки из волшебного инструмента, а они, в свою очередь, наполняли энергией Рольгин.
– Зарна, скажите: если сугинди способен усыпить даже волшебников, почему они были столь беспечны?
– Сугинди тут ни при чем. Немым рудокопам, похоже, удалось внести в танец некоторые новшества. Наверное, Рольгин была шаманкой, и очень сильной. Хотя для женщин это нехарактерно. Да и с музыкой не все понятно. Магия движения не любит посторонних звуков. А тут, судя по воздействию на окружающих, была полная гармония.
– Танцовщица могла управлять духом?
– Вирлен, я сама многого не знаю. В Бирзани проживает небольшое племя, где готовят исполнительниц сугинди. Там, думаю, можно узнать гораздо больше.
– Жаль, времени выяснять все это нет. Ладно, отложим на потом. Сейчас важно другое. Как думаете, эти сбрендившие дамочки будут пытаться еще раз проникнуть в Гюроград?
– Скорее всего, ведь заказ не выполнен. Они не могут этого допустить.
«Елки-метелки! На Земле только одна особа пыталась осложнить мне жизнь. А тут… В кого ни ткни пальцем, обязательно попадешь в наемника, жаждущего перерезать горло
