Вот никогда бы не подумал, что я на такое способен! Привыкли мы к цивилизации. Стали мягкими и терпимыми. То ли дело раньше, в Средние века. Там с несогласными особо не панькались. Добрая сталь, она, знаете ли, к мягкости и терпимости особо не располагает. Не раз я жалел о том, что живу не в те времена. И вот надо же было такому случиться – попал я. Попал конкретно. Ага! В те самые времена и нравы. И попал не я один. Други мои тоже влипли. И ладно бы, если бы это были просто те времена. А добавьте сюда еще и магию. Представляете этот коктейль?
Авторы: Степанов Николай Викторович
строят, но от человека с боевым молотом лучше спрятаться. Тебя здесь, думаю, будут воспринимать именно так.
– Спасибо за предупреждение.
После этого разговора Тич старался постоянно поддерживать вокруг себя защитные чары. Даже сейчас, на совещании, он поставил парочку барьеров.
Затем выступал правитель. Он рассказал, чего именно добиваются повстанцы и что удалось разузнать о них в ходе разведывательных операций. Зулг подробно изложил свои соображения по поводу последствий прихода к власти бунтовщиков. Некоторым слоям общества, особенно торговому сословию, это грозило полным крахом. В заключение кронмаг подчеркнул:
– Нам нельзя больше проигрывать. В сложившейся ситуации любая крупная победа противника окончательно перетянет чашу весов на их сторону, и тогда те, кто сейчас попросту саботирует мои указы, пополнят ряды повстанцев. Вот такой на сегодня расклад, господа… и дамы, – кронмаг кивнул в сторону женщин.
– Раз уж речь зашла о дамах, – резко подскочила Мадлена, которую так и подмывало вмешаться еще во время выступлений, – то хотелось бы сказать несколько слов. Разрешите, ваше магичество?
– Пожалуйста, – пожав плечами, согласился правитель.
– Начну с вопросов. – Журналистка бросилась в атаку, словно оказалась на пресс-конференции. – Вот вы говорите, что сиргалийская армия оставляет за собой разоренные села, уничтожает годовые запасы продовольствия, да и местным жителям часто достается на орехи. Почему же ее встречают как освободительницу?
– Волшебник очень удачно вписывается в легенду, – пояснил Зулг. – А легенды у нас уважают.
– Неправильный ответ, – словно в школе на уроке одернула правителя Злавадская. – Просто люди, которые встречают повстанцев, плохо информированы об их истинном обличье, а вы ничего не делаете, чтобы донести несчастным правду о надвигающемся бедствии.
– Нам никто не поверит, – не слишком уверенно возразил кронмаг.
– Если извещать указами, то конечно.
– А вы как предлагаете?
– Новости можно преподносить по-разному, – усмехнулась Мадлена. – Приведу самый простой пример. – Журналистка ненадолго задумалась и, приняв серьезный вид диктора телевидения, начала говорить: – «Небольшая сиргалийская деревня подверглась нападению шайки разбойников. В ходе налета дома жителей, оказавших злодеям сопротивление, были сожжены. В результате трое мужчин погибли, еще шесть получили ранения средней степени тяжести. Среди пострадавших есть женщины и дети». Это первый вариант изложения событий. А теперь послушайте второй. – Брюнетка взлохматила прическу и с придыханием стала докладывать: – «Сегодня сотней оголтелых разбойников был совершен опустошительный налет на тихую деревеньку. Злодеи с ходу начали поджигать дома и издеваться над беззащитными жителями. Тех, кто пытался защитить свои семьи, убивали на месте. Изверги не жалели ни женщин, ни детей. Оставив после себя пепелища, они трусливо скрылись в лесу».
– Как у тебя убедительно получается! – после небольшой паузы произнес Зулг. – И не подумаешь, что речь идет об одном и том же. У нас никто так ярко рассказать не сумеет.
– А именно так и не надо. Я предлагаю подготовить несколько человек, одеть их соответствующим образом и пустить впереди армии бунтовщиков как беженцев, спасающихся от злодейств сиргалийских разбойников. Пусть они расскажут людям правду. Пусть даже немного приукрасят ее в выгодном для законной власти свете, но только понятным простому народу языком.
– Зачем все это нужно? – не сразу сообразил далекий от интриг Лунз.
– Чтобы снять навеянный легендой ореол романтики с так называемых освободителей, которые сразу превратятся в разбойников и мародеров. Крестьяне и ремесленники станут увозить своих жен и дочерей, прятать или уничтожать свое добро, а бунтовщикам достанутся только голые стены, и то, если другая группа подготовленных людей не догадается их поджечь под носом у противника.
– Но это же… – Генерал попытался подыскать подходящий термин, приемлемый для женского уха.
– Информационная война, подкрепленная грамотной диверсионной разработкой, – не дожидаясь его определения, выдала свое толкование журналистка. – Очень многие политики часто недооценивают ее мощь, а потом кусают локти.
– Но это же… против правил! – наконец нашелся Лунз.
– А нападать на законную власть, объявлять кронмага душевнобольным – это по правилам? Как сказал один из древних полководцев, война не бывает красивой. И он тысячу раз прав. Поэтому нужно использовать любые способы, чтобы добиться победы, сохранив при этом как можно больше человеческих жизней.
– С последним
