Вот никогда бы не подумал, что я на такое способен! Привыкли мы к цивилизации. Стали мягкими и терпимыми. То ли дело раньше, в Средние века. Там с несогласными особо не панькались. Добрая сталь, она, знаете ли, к мягкости и терпимости особо не располагает. Не раз я жалел о том, что живу не в те времена. И вот надо же было такому случиться – попал я. Попал конкретно. Ага! В те самые времена и нравы. И попал не я один. Други мои тоже влипли. И ладно бы, если бы это были просто те времена. А добавьте сюда еще и магию. Представляете этот коктейль?
Авторы: Степанов Николай Викторович
она волшебница. Правда, тоже немного свихнувшаяся на неприязни к мужикам, но меня ее ненависть обходит стороной – брат все-таки.
– Так у вас тут прямо под носом у кронмага целое семейное предприятие?
– Не здесь, Вирлен. К тому же эта пещера не так близко от Девятиграда, как тебе кажется. А логово моих рудокопов еще дальше. Потом, может быть, я проведу для тебя экскурсию по жилищу опасных красавиц. А сейчас давай поговорим о Веронике. Как думаешь, почему у себя в гостях я хотел видеть тебя вместе с очаровательной телохранительницей?
– Вопрос не по адресу.
– Из-за звероскопа, конечно. От этой дамочки уже несколько дней идет мощный устойчивый сигнал. Причем два раза прибор зашкаливало. Подобной силы я еще ни разу не встречал. Знаешь, о чем это говорит? Не знаешь… Из нее получится идеальный убийца. Особенно учитывая ее дар зеркального взгляда. Если ее ненависти дать реальный выход еще хотя бы пару раз, а потом провести несколько сеансов с моей сестричкой… – незнакомец мечтательно возвел глаза к потолку, – синеглазка станет самым опасным оружием против волшебников. Включая и кудыр-мага.
– Тронешь эту девушку – и я тебя убью. Без ненависти, без эмоций, приблизительно так, как врач уничтожает мешающую жить заразу. – Гнев так и переполнял Фетрова, но страшные слова он произнес спокойно, правда, могильные интонации в его речи выдавали внутреннее напряжение.
– Только от тебя сейчас зависит судьба синеглазки. Станешь сотрудничать – я, так и быть, пожертвую столь ценным материалом. Чего не сделаешь ради друга? Но девушка останется у меня как гарантия твоей сговорчивости.
– Так-так… А ведь ты ничем не отличаешься от своего Мугрида. Тоже решил от меня избавиться.
– С чего ты взял?
– Сам говорил: когда человек начинает обещать то, чего не собирается выполнять…
– Но я же…
– Поставь себя хотя бы на минуту на мое место и задай вопрос: сколько времени будет жить пленник, согласившийся на подобные условия?
Мужчина задумался. Через минуту он усмехнулся и ответил:
– Пока в нем будет необходимость.
– Или до тех пор, пока он не осознает полную бесперспективность этого сотрудничества для себя.
– Да, с одной стороны, с умными людьми работать приятно, но, с другой, с ними возникают ненужные проблемы.
– Причем я даже точно знаю, кто нанесет мне смертельный удар.
– Конечно, Вероника. Это будет лучшим способом проверить ее в настоящем деле. Ладно, согласен: я плохо проработал условия предстоящей сделки, немного недооценив тебя. Наверное, важными делами не стоит заниматься на ночь глядя. Пойду посплю немного, а утром вернусь, и мы продолжим разговор. Ты тоже пока подумай. Уверен, мы обязательно найдем общий язык.
– Сомневаюсь. Что может быть общего у саигра с оленем? Разумеется, сам олень, но только после того, как хищник им отобедает.
Несостоявшийся друг подал знак, наверху засуетились и вниз спустили веревочную лестницу.
– Да, чуть не забыл, – сказал тюремщик, перед тем как покинуть темницу, – я тут немного посоветовался со знатоками по поводу йотуна, которого тебе удалось вызвать возле стен Гюрограда. Змеиный йотун – это магическое существо, черпающее силу из стихии земли. Здесь достучаться до него не получится, поскольку контакта с землей у тебя нет. Так что даже не старайся, а то еще помрешь раньше времени от перенапряжения.
Звон колокольчика известил о запирании крышки люка. Пленник остался один.
«Ну, «дядюшка»! Ну, удружил! В положение его поставили, елки-метелки! Вот выберусь – я его в такое положение поставлю!»
Андрей внимательно осмотрел комнату. Добраться до люка шансов не было, но в кармане его брюк лежал очень полезный ремешок, бывший некогда хвостом экспрессивной кошечки. Один раз он Фетрову в подобной ситуации помог, почему бы не использовать его повторно? Правда, для этого требовалось сначала освободиться от веревок. Как?
«И почему мне не дано взглядом создавать огонь? Сейчас бы пережег их в два счета».
Фокусник нагнул вперед голову и постарался дотянуться до пут, которыми был привязан к креслу. С третьей попытки, когда у него что-то хрустнуло в шее, парень все-таки ухватил веревку зубами. Подтянув ее к себе насколько это было возможно, он принялся грызть. Через четверть часа заломило скулы, затем начали кровоточить десны, пару раз Андрей сильно укусил собственные губы, и веревка приобрела алые оттенки, а он все продолжал разгрызать тонкие волоконца. Одна мысль о том, что Веронику превратят в чудовище, постоянно подгоняла пленника, придавая ему дополнительные силы. Он не знал, сколько прошло времени, когда почувствовал, наконец, ослабление пут. Задача номер один была
