Вот никогда бы не подумал, что я на такое способен! Привыкли мы к цивилизации. Стали мягкими и терпимыми. То ли дело раньше, в Средние века. Там с несогласными особо не панькались. Добрая сталь, она, знаете ли, к мягкости и терпимости особо не располагает. Не раз я жалел о том, что живу не в те времена. И вот надо же было такому случиться – попал я. Попал конкретно. Ага! В те самые времена и нравы. И попал не я один. Други мои тоже влипли. И ладно бы, если бы это были просто те времена. А добавьте сюда еще и магию. Представляете этот коктейль?
Авторы: Степанов Николай Викторович
– Кто кого – вопрос спорный. Тем более что после этого небольшого фейерверка надобность в тебе значительно уменьшилась. Так что делай выводы на будущее, красавица. А сейчас пошли домой. – Правитель с некоторой опаской взглянул на кучку пепла.
– Не пойду! А выводы могу сделать прямо здесь и сейчас. Давай ты меня тут и прикончишь. Какой смысл влачить жалкое существование и ходить лишь туда, куда потащат за веревочку? Чем такая жизнь, лучше уж сразу… Смелее! Один удар кинжалом – и конец всем моим проблемам.
– Что-то ты сегодня совсем распоясалась. Вздумала нам приказы отдавать?! Здесь командуем мы, и только мы! И выполнять твои пожелания, синеглазка, не собираемся!
– А если не будешь, то нечего и грозиться. Все, точнее, почти все вы, мужики, одинаковы. На словах герои, а копнешь глубже… – Вероника поймала себя на мысли, что заговорила как Злавадская. – В общем, шел бы ты полем и лесом, пока я тебя вот этими цепями не придушила.
«Когда же научусь сдерживаться? Этот гад с легкостью вгоняет меня в ярость, а я и рада стараться!»
– Ты нас со всеми не равняй, девка. Мы пробили себе дорогу к вершине власти своим умом и усердием. И на нашем пути такие силы стояли, что тебе и в самом страшном кошмаре не приснится. Да, мы обязательно убьем тебя, но тогда, когда этого захочется нам.
– Не у всех бывает то самое «потом».
– Успокойся, рабыня, у нас проколов не случается. Как тебе задумка с оброненным ключом и застрявшим в дверном проеме орешке? Понравилась? И заметь, ты, даже не подозревая, выполнила все, что нам требовалось. И так будет всегда!
– Ты в этом уверен?
– Нет ни малейшего сомнения. Наш ум, сила и власть сломают твою строптивость в любой момент. Стоит лишь сильно захотеть.
– Ой ли? – покачала головой синеглазка. – Как ты там сказал? Излишняя самоуверенность – прямой путь к могиле? Как бы тебе, до того как я сломаюсь, не закончить свое жалкое существование подобно Зулзозу. Он тоже считал себя всемогущим.
Курмистр приблизился, вырвал из рук Вероники поводок и дернул, причинив девушке нестерпимую боль.
– Обещаю: ты отправишься к духам задолго до моей смерти. – Нарл настолько вышел из себя, что заговорил о себе в единственном числе впервые.
– Ой! – вскрикнула Таркова, но не от боли, хотя шипы металлического пояса прорезали кожу в нескольких местах.
Вероника снова увидела два черных глаза за спиной тюремщика. Почти сразу раздался голос:
– Разочарую тебя, Нарл. Ты отправишься к духам гораздо раньше этой чужестранки.
Курмистр оглянулся. Когда он снова повернулся к Веронике, лицо малорослика было мертвенно-бледным.
– А ну топай отсюда, идиотка! Говорил же – уходим! Из-за тебя мы попали под посмертное проклятие крамгена.
Судя по разительным переменам в облике правителя, у него не возникло ни малейших сомнений в том, что слова убитого Зузлоза сбудутся.
– Значит, я действительно не зря сюда заходила.
Мыс Сумрачный клык полностью соответствовал своему названию. Внешне он действительно напоминал острый зуб, вонзившийся в прибрежные воды, а его освещение… Лучи солнца никогда не попадали сюда днем, разве что ранним утром да перед самым закатом светило позволяло увидеть свой краешек с бугристой поверхности мыса. Причиной являлось огромное серое облако, постоянно закрывавшее небосвод в этом месте. Оно служило воздушной подушкой для летающего, а точнее, зависшего над землей острова.
Кто и когда приподнял небольшой участок суши на высоту в несколько миль и почему передумал опускать обратно, никто не знал. Легенд о необычном острове ходило немало. Одна из них повествовала о страшном проклятии мыса морским чудищем. Другая приписывала взлет тверди действиям неупокоенных духов. Третья вообще утверждала, что за облаком находится заснувший монстр, пробуждение которого неминуемо приведет к всеобщему катаклизму…
Из-за постоянного дефицита солнечного света растительность мыса не отличалась особым разнообразием. Деревьев практически не было – их заменили древовидные травы с уродливо изогнутыми стеблями и узкими листьями. Почву покрывали многочисленные лишайники и ползучие лианы с вытянутыми листьями на длинных черенках. Вьющийся стебель старался захватить верхушки многочисленных бугорков. Утром он разворачивал листья на восток, вечером на запад, и только в этих листочках можно было заметить зеленоватые пятнышки. Остальная растительность имела унылый бледно-коричневый окрас. И только шляпки грибов вносили какое-то разнообразие своими веселыми красками. Красные, желтые, зеленые, белые… разных размеров и форм, они росли здесь почти круглый год.
Только благодаря обилию грибов сюда изредка
