Кто не мечтал хоть раз, лежа на диване, о том, как хорошо быть богом, властелином мира или на худой конец хотя бы королем? Живешь себе во дворце, верные слуги предугадывают каждое твое желание — лепота! Только пальцем щелкни, и все, что пожелаешь, из-под земли тебе достанут и на блюдечке с голубой каемочкой преподнесут.
Авторы: Баженов Виктор Олегович, Шелонин Олег Александрович
король назначит преемником, тот и становится наследником.
— И кого он назначил?
— Откуда ж я знаю? Это — в его завещании, которое хранится под могучими заклятиями в королевской сокровищнице. Оглашено будет после смерти короля.
— Тьфу! И здесь туман. Вот я и думаю, а может, за всем этим и не Эзра вовсе стоит? У короля ведь есть и третья дочь.
— Милена? Чушь!
— Почему?
— Да ей еще десяти нет. Она в куклы до сих пор играет. Опять же если кому трон и светит, так это ей. Король в ней души не чает. Девчонке это по-любому не надо. Она, говорят, тихая, как мышка. Забьется в уголочек со своими куклами, тихонечко с ними играет и ни на кого больше внимания не обращает. Уж кого-кого, а ее-то в данный момент политика и трон меньше всего интересует. Вот попозже, когда подрастет…
— Тогда вообще полная каша получается.
— А может, и не каша. Может, орден Серой Мглы самостоятельно действует.
— Ага, без принцесс. А печать на бумаге, которую ты в тюрьме видел?
— На стороне ордена храмовники, не забыл? Это сильнейшие маги. Им печатку принцесс подделать — раз плюнуть.
— Но зачем тогда им везти Виану в столицу?
— Не знаю.
— Ладно, — сердито буркнул Иван, — позже разберемся. Сейчас, как я понимаю, над этим голову ломать бесполезно. Давай, раз уж такое дело, чтобы время не терять, поговорим про мою семью. Должен же я понять, что здесь к чему. Может, собака зарыта в моей родословной? Ты говорил, что у меня двенадцать братьев было?
— Да, знатные воины были. Когда Империя мощь набрала, а они стали правителями каждый в своей провинции, за ними светлые королевства настоящую охоту открыли. Обычными методами совладать не могли, вот и начали рыцарские отряды с храмовниками в новые земли темной Империи засылать. Там они твоих братьев выслеживали и убивали. Использовали и не рыцарские методы.
— Это какие?
— Да такие же, какие и я обычно использовал. И кареты замагиченными стрелами подрывали, и через любовниц их доставали. Яды подсыпали, отравленные кинжалы в ход пускали. За пятнадцать лет всех истребили. Твой отец погиб последним уже в горах. К тому времени Империю обратно к старым границам оттеснили.
Варгул внезапно встрепенулся.
— Что? — насторожился Иван.
— А ты не чуешь?
— Нет.
— Кажется, твои тревоги были не напрасны. Я чую впереди мощнейший магический всполох. Прямо по пути следования каравана.
— Он далеко? — всполошился Иван.
— Караван не очень. А всполох чуть дальше.
— Возможно, это и есть то самое нападение, которого мы ждали. — Иван выхватил из ножен меч. — Погнали!
— Не спеши, император! Сначала надо выбраться на основную дорогу.
Варгул направил свою лошадку в самый бурелом. Нетерпеливый Иван погнал туда же свою кобылу и в запале умудрился даже обогнать героя. Они выскочили на основную трассу и помчались по следам каравана, свежие отпечатки копыт и колес которого отчетливо виднелись в дорожной пыли.
— Тормози! — завопил Варгул, как только они достигли развилки дороги.
Они резко остановили взмыленных лошадей. Следы каравана свернули с основной трассы влево.
— Куда эта дорога ведет? — спросил Иван, мечом показывая на ответвление.
— В Киридан, — откликнулся герой, тревожно поводя носом. Он принюхивался, словно гончая, напряженно всматриваясь вперед, вдоль основной трассы, ведущей в Аферон. — Там творилось черное волшебство, — уверенно сказал Варгул. — Оно храмовников и спугнуло.
— Каравану сейчас что-нибудь угрожает?
— Да кто ж знает? Главная опасность, скорее всего, там, — кивнул он на главную дорогу.
— И мы с ней сейчас разберемся, — решительно сказал Иван, направляя свою лошадь вперед.
— Ирван, не надо! Если даже храмовники…
Поздно. Юноша уже мчался во весь опор по основной дороге, и герою осталось лишь подхлестывать лошадку, чтобы догнать своего сердитого императора. Они не проскакали и полкилометра, как наткнулись на место, где творилось черное колдовство, встревожившее Варгула. Не заметить его было трудно. Оно было отмечено горой окровавленных трупов, перегородивших всю дорогу. Над горой возвышался шест, роль которого выполняло копье, торчащее острием вверх, с привязанным к нему белым шелковым платочком. И от всей этой кровавой композиции тянуло такой зловонной черной магией, что ее почувствовал даже Иван, хотя и был в этом деле еще полный профан. Лошади испуганно заржали и начали пятиться. Император и Варгул с трудом удерживали их на месте. Ивана затошнило, но он сумел справиться с приступом дурноты. Парень, брезгливо морщась, присмотрелся к месту побоища повнимательней и только тут заметил, что кроме горы
