Трижды заслуженная вдова

— Хорошо, хорошо! У меня есть еще вопрос…
— Извините, — прервала меня паучиха, вставая, — наша беседа окончена. Мне пора ехать.
— Жаль, — искренне опечалилась я, тоже поднявшись. — Но на самый последний вопрос вы можете ответить?
Соня сморщилась, но кивнула.
— Ходят слухи, что Розу Адамовну убили…
Зря я это сказала, ей-богу! Заслуженная трижды вдова словно окаменела. Лицо ее приобрело такое выражение, что я невольно попятилась: того и гляди, вцепится мне в глаза! Однако, вместо того чтобы промолчать, я подлила масла в огонь:
— Вы же догадываетесь, что в таком случае вам грозит реальная опасность! Ведь, насколько я понимаю, теперь вы единственная наследница…
— Убирайтесь! — прошипела наследница. — Убирайтесь к черту, пока я не вызвала охрану!
Я хотела возразить, но Левка схватил меня за руку и потащил к выходу. Люська все с тем же умным видом и надутыми щеками дошла до двери самостоятельно.
Уже в машине Лев сделал мне внушение:
— Ты зачем про наследство ляпнула? Эта гадюка теперь всем растрезвонит о нашем визите! Кто тогда с нами говорить станет?!
Не обращая внимания на Левкины стенания, я выехала из ворот и, проехав метров четыреста, заглушила двигатель.
— Ты чего, Жень? — Лев испуганно прервал поток своего красноречия. — Ты рассердилась, да?
— Да, — мрачно кивнула я. — Сейчас мы будем тебя бить. Раздевайся!
— 3-зачем? — округлил глаза Левка. — То есть… Я хотел… Раздеваться-то зачем?
Люська, к слову сказать, тоже мало чего понимала в происходящем, однако меня поддержала и ответила словами киношного героя:
— Бить будем аккуратно, но сильно!
И для пущей убедительности показала свой кулачок, больше напоминавший куримую лапку.
Осуществить задуманное мы не успели: мимо нас на высокой скорости пронесся серебристый «Лексус» Сони Либерман. Я мельком увидела ее искаженное лицо и погнала свою старушку за джипом. Должна заметить, что у Сони была весьма оригинальная манера вождения. Даже я, не особенно уважавшая и соблюдавшая правила дорожного движения, слегка удивилась. Стрелка спидометра в моей машине завалилась за сотню и упорно подбиралась к ста двадцати км/ч, а серебристый «Лексус» тем не менее продолжал мчаться, не снижая скорости, в сторону Егорьевского шоссе.
Закусив губу, я вдавила педаль газа в пол.
— Жень, — слабо пискнула Люська. — Мне нужно выйти…
Метнув в сторону подруги пару молний, я продолжила преследование, и не думая останавливаться. Один раз у меня мелькнула мысль: «А куда, собственно говоря, и зачем я еду?» Впрочем, мысль эта не особенно задержалась в мозгу.
Впереди показался выезд на Егорьевскую трассу.
Но Соня и не думала тормозить. Кажется, она даже увеличила скорость.
Со стороны Москвы двигался тяжелый «КамАЗ» с прицепом в крайнем правом ряду и еще куча машин на двух других полосах. Только тут я сообразила, что мне стоит все-таки остановиться, иначе неприятной встречи с «КамАЗом» не избежать. Я переключилась на нейтралку и нажала на педаль тормоза. Моя машина пошла юзом и послушно остановилась, уткнувшись мордой в грязный сугроб. Не обратив на это внимания, я вывалилась из салона и побежала в сторону шоссе.
— Стой! Соня, стой, дура! — орала я во все горло.
Раздался звук удара и мощный взрыв. Столб пламени взметнулся высоко вверх, оставляя черные клубы дыма.
Я заревела и опустилась на колени прямо на мокрый и грязный асфальт. Подбежали бледные и испуганные Люська и Левка. Они попытались меня поднять, но безуспешно — сил у меня уже ни на что не осталось, кроме как стоять на коленях в луже и размазывать грязной ладонью слезы по щекам.
— Жень, Женька, да очнись же ты! — трясла меня подруга.
— Вот что, — решительно приказал Левка. — Грузим ее в машину, я за руль, и домой!
Так и сделали. Всю дорогу меня трясло противной мелкой дрожью, а перед глазами стояла жуткая картина недавней аварии. Может, кому-то и привычно видеть, как человек, с которым ты только что разговаривала, взлетает на воздух. Но моя нервная система в такие моменты сильно страдает. Я, конечно, не кисейная барышня и трупов в своей бурной жизни повидала немало… Но такое! Короче, я снова заплакала.
Дома Люська засунула меня в ванну, выпроводила Левку и принялась терпеливо дожидаться, когда я перестану трястись.
— Подожди! — неожиданно воскликнула она. — Я сейчас!
Вернулась она довольно быстро. В одной руке Люська держала стакан, в котором мой неопытный глаз определил жидкость типа водки, а в другой — вилку с насаженным на нее соленым огурцом.
— Вот, — радостно сказала подруга, — от Сани припрятала: мало ли что! Компресс какой поставить, растирание сделать… Стресс