Трижды заслуженная вдова

уяснить отношения между его членами! Понимаешь?
Люська со знанием дела кивнула. Я же, пользуясь отсутствием хозяйки, хорошенько дернула кота Афоню за его огромный хвост, потому как сидеть на краешке дивана стало неудобно. Афанасий, не привыкший к такому фамильярному обращению со своей драгоценной персоной, возмущенно мяукнул и угнездился на беккеровском рояле, смахнув ненароком какую-то статуэтку.
Вернулась Рахиль. Вероятно, она впервые увидела кота на рояле и так изменилась в лице, что я всерьез обеспокоилась: а не хватит ли ее удар от негодования? Я воспылала надеждой, что вредному котяре сейчас влетит по пятое число. Однако вместо этого бабулька изумленно воскликнула, хватаясь за сердце:
— Афанасий, что с вами? Вы разбили статуэтку из китайского фарфора! И почему вы позволяете себе лежать на рояле?
Котик пожаловался хозяйке на мое поведение длинным мяуканьем.
— Блохи, наверное, — перевела я с кошачьего языка на человеческий. Сообщение о блохах у благородного животного ввергло старушку в еще больший шок. Она широко открывала и закрывала рот, не производя при этом ни единого звука.
— Рахиль Флавиевна, — я поспешила вернуть ее к нашим баранам. — Давайте все-таки закончим разговор. Судя по всему, вы не испытывали к Соне добрых чувств?
— С чего бы, интересно, мне испытывать добрые чувства к этой меркантильной особе? — Рахиль тут же забыла про своего Афанасия, вернувшись к любимой теме. — После того как Давыд получил Нобелевскую премию…
— Давыд? — удивилась я. — Вы сказали Давыд? Но разве он не в…
— Я так сказала? Извините, — смутилась старушка. — Конечно же, я имела в виду Арика, Арнольда Флавиевича. Давыд — наша семейная боль… Так мы о Соне. После того как Арик получил премию, в нее словно бес вселился! Гордыня неимоверная да еще и фантастическая жадность в придачу… Вы ведь знаете о ее троих мужьях?
Мы кивнули.
— Она на этом не успокоилась! — продолжала Рахиль. — Решила сначала сына моего окрутить, да не вышло…
— А ваш сын — достойный объект для Софьи Арнольдовны? — спросила я.
— Ну когда-то был… Когда был жив мой муж, он устроил Аврума финансовым консультантом в крупную нефтяную компанию Правда, после смерти супруга против мальчика стали плести ужасные интриги, и он вынужден был оставить эту работу. Именно поэтому Соня переключила свое внимание на Гамлета Авакяна…
Хлопнула входная дверь. На пороге гостиной появился «язвенник», который с унылым видом гипнотизировал бутылку водки на поминках Розы Адамовны.
— Здравствуйте, — поздоровался он с нами и подошел к матери. — Здравствуй, мама. У тебя гости?
— Добрый день, сынок! Эти юные леди занимаются убийством Розы по просьбе Софочки…
— Да? — в глазах Аврума промелькнул интерес. — Ну и как успехи? Нашли кого-нибудь?
— Пока нет, — вздохнула Люська. — Грудное это дело…
— Ну-ну, — усмехнулся «язвенник». — Желаю успеха. Мама, я приму душ — и к Марку…
Аврум покинул гостиную, продолжая ухмыляться.
Рахиль была явно недовольна поведением сына, но пыталась изо всех сил скрыть >то. Она с терпеливой улыбкой матери, обожавшей свое чадо, произнесла:
— Марк — это… м-м… приятель Аврума. Они вместе проводят свободное время.
Я с пониманием кивнула и невинно поинтересовалась:
— Они вместе и работают, наверное?
Старуха пожевала губами и нехотя ответила:
— Нет, Аврум пока не нашел для себя достойную работу. Я много раз просила ученика Арнольда Флавиевича, Гамлета, пристроить сына куда-нибудь… Да знаете, как оно бывает: при жизни вроде бы друзья, а как умирает человек, так и думать о нем перестают. Но я не обижаюсь на Гамлета: живое к живому… К тому же он не слишком умный и благородный человек. Вы слышали историю о статье в научном журнале? — скорее констатировала, чем спросила Рахиль. — Некрасивая история, что и говорить! Давыд, конечно, простил Гамлета… Но это сильно подорвало его и без того слабое здоровье.
Мумия снова оговорилась, назвав имя второго брата, находившегося, по нашим сведениям, в психушке. Но на этот раз она не заметила оговорки. «У бабки тоже, видно, с головой не все в порядке! Наследственность, что поделаешь!» — решила я и обратилась к ней с главным, на мой взгляд, вопросом:
— Рахиль Флавиевна, хотелось бы поподробнее поговорить о наследстве… Нам стало известно, что Роза Адамовна написала завещание, в отличие от своего супруга. Однако Соня не успела его прочитать.
— Да, — кивнула головой Рахиль. — В тот день, когда Софочка погибла, должен был приехать наш семейный адвокат и прочитать бумагу, составленную Розой. Соня, конечно, хотела первой побеседовать с адвокатом, опередить, так сказать, события. Но, к счастью, наш адвокат —