Тропа первая

Сейчас не время и не место говорить на эту тему. Я не хочу тебя напрасно обнадеживать, для тебя было бы лучше, если бы ты забыл обо мне. Но ты ведь меня не послушаешь.
— Не в этот раз, Таня. Я принял решение и не поменяю его. Ты нужна мне и я все сделаю, чтобы ты поняла насколько сильно, — рывок и вот девушка в его руках, а знакомый жар в груди заполыхал с новой силой. Но в этот раз он не иссушал, а возвращал к жизни, заставляя сердце биться быстрее. Эл не удержался и приник к губам жены, он хорошо помнил, какими они могут быть нежными, чувственными, страстными. Мужчине хотелось еще раз испить хотя бы немного радости из этого источника, поделиться своей любовью, в надежде, что она найдет отклик в сердце Татьяны.
Рука Элхарда сжалась, ломая самопишущее перо. Сон, это был всего лишь сон. Но как же хотелось верить в его глубокий смысл. Утром он проснулся полностью здоровым, чем очень удивил и обрадовал друзей. Они не чаяли увидеть его живым, ведь приглашенный целитель сказал, что шансов мало. Тогда Эл не стал задумываться о причинах болезни, которая его так подкосила, несколько дней он провел в разъездах и рассылках писем своим людям. А так же в скупке нужных для похода вещей и артефактов. Он прекрасно понимал, что соваться в горы к драконам неподготовленным — глупо. Но когда два дня назад к нему начала возвращаться магия, пока что неравномерными всплесками и ненадолго, Элхард всерьез задумался о том, что же произошло между ним и Элен при последней встрече. Память подсказала ответ: супруга спрашивала у Наместника, как он собирается возвращать Элхарду магию, и тот рассказал о силе крови драконов. А после был сводящий с ума поцелуй, мужчина тогда подумал, что губа девушки могла треснуть от мороза, отсюда легкий привкус крови. Но выходило, что Элен сделала это нарочно. Но как ее кровь могла подействовать? Таня не может быть драконом, в летописях написано, что девочки в драконьих семьях перестали рождаться с приходом в этот мир. А что если в мире Элен все по — другому? Тогда был бы понятен интерес Наместника к девушке и его желание сберечь такое сокровище для собственного сына. Но Элхард отступать не собирался, плох тот мужчина, что бежит при первых же трудностях.
План, ему был нужен план! Причем не просто жизнеспособный, а беспроигрышный!
— Эл, тут к тебе пришли, — заглянул в дверь Роб, вид он имел бледный, а левый глаз у него подергивался. Интересно, что могло так напугать матерого воина?
— Пусть заходит, — холодно произнес Эл, кладя на стол меч. Роб сглотнул и скрылся за дверью, чтобы она уже через секунду распахнулась, пропуская того, кого все считали умершим.
— Сидишь, страдаешь? — криво ухмыльнулся Ланьер, откидывая с головы капюшон, открывая запекшуюся корку ожога на лице. — Как видишь, мы с тобой почти братья — близнецы. А родственникам сам бог велел объединяться в горестях и бедах.
— Зачем ты пришел? Почему не сдох? Столько людей погибло из‑за твоей дурости, а ты жив и смеешь заявляться ко мне?! — вскипел Элхард, ярость вырвалась из груди оранжевым сгустком огня, стремясь сжечь дважды предателя. Удивление мелькнуло на лице лорда, но он быстро справился с собой и выставил щит. Тварь, он даже магию не потерял!
— Успокойся, я тебе тоже не особо рад. Но я наслышан о твоем горе, поэтому предлагаю объединить усилия и навсегда избавить наш мир от драконов.

Если кто‑то думает, что жить среди драконов интересно и весело, то жестоко ошибается. Дни тянулись, а я будто кожей ощущала, как безвозвратно убегает время, вслед за ним таяла и надежда. Если впервые пару дней все было ново и необычно, то потом жизнь драконьего городка вошла в колею и перестала радовать разнообразием. Теперь мне даже общество Ренальда казалось приятным и приносящим хоть какие‑то эмоции. В основном мы с ним были как кошка с собакой, но не дворовые, которые друг друга изначально ненавидят, а домашние. Это когда животные долгое время живут вместе, притерпелись, но все же не могут устоять, чтобы не напакостить товарищу. В большей степени это касалось меня, Рен же стойко терпел мои выходки, периодически сбегая и хлопая дверью, чтобы хоть как‑то меня задеть. Но я тоже не специально его дергала, просто каждая наша встреча заканчивалась спором, а то и скандалом. Не могу сказать, что вина в этом была только Ренальда, скорее в нашем противостоянии большую роль играла разница в менталитете. То, что по мнению Рена, было само собой разумеющиеся, вызывало у меня массу протестов, а то, что было важным для меня, не находило понимания у дракона.
Да и как объяснить мужчине, почему я отказываюсь от его подарков, но спокойно принимаю мелочи от Северена или Люка? И мои слова о том, что морская ракушка и бриллиантовое колье это неравнозначные