В чужом мире, ставшем для Сергея новой родиной, нелегко освоиться, а ещё труднее смириться с тем, что отныне не ему решать свою судьбу. В Империи, находящейся под властью жестокого демона-императора, воля и желание чужака не значат ничего. И потому Сергей вынужден выполнять любой приказ главы имперских вооружённых сил, даже тот, который кажется невыполнимым. На его пути — узкой тропке меж смертельных опасностей, в уповании на удачу и счастливую судьбу — только чудо может спасти его самого и его невольных спутников.
Авторы: Коваль Ярослав
меня — аромат каши с мясом, почти забытый и втрое завлекательный потому, что на протяжении долгого времени мне пришлось питаться чёрт знает чем, вытеснили любые другие мысли.
Всего через час меня усадили к костру, на огромным обрубок ствола, практически отполированный задницами, пристраивавшимися тут раньше, и заверили, что еда будет уже совсем скоро. Отдыхая, я разглядывал огромный чёрный котёл и пятна костров со всех сторон. Пятна, которые при всей своей яркости делали ночную тьму ещё гуще, насыщеннее, непрогляднее. Люди, ходившие от костра к костру, но не вступавшие в облака света, были лишь тенями, различающимися комплекцией, и то не сильно.
— Эй, Серт, — ты пьёшь? — спросил у меня Шехрем.
— Если умеренно.
— Ну, за победу! — Мне сунули в руку солдатскую кружку с чем-то тёмным, плещущимся внутри, пронзительно пахнущим и многообещающим. — Давай! Для аппетита.
— Давай.
— Ох, а конники и вершники ещё трудятся. Ох, им ещё придётся погонять по окрестностям! Небось до утра провозятся, если не до следующего.
— Хорошо, что мы не конники, — заметил боец, хлопотавший над котлом.
— И ведь всё равно упустят кучу демонов! Наверняка!
— Да сколько они там упустят. С этими и крестьяне совладают. А не крестьяне, так гвардия. В Маженвии её сейчас много.
Я с трудом глотнул из кружки; эйфория горячей волной разбилась в глубине тела, пронизала пальцы Теплом, стало весело и легко. Не понимая половины того, что говорилось в компании солдат, я улыбался, поддакивал, кивал или даже бросал фразу-другую. Через некоторое время Шехрем дал мне понять, что если до сих пор не явились предъявлять претензии по какому-нибудь поводу, значит, таковых и не последует. А значит, я не подлый самозванец, а нормальный мужик, и своим появлением спас целую пехотную группу, оставшуюся без офицеров, по поводу чего лично он мне благодарен и с удовольствием выпьет со мной ещё.
— И я выпью с удовольствием. Но только после того, как кину что-нибудь в брюхо. А то развезёт в минуты.
— Положи господину офицеру каши, давай живенько!
— Да не офицер я.
— Ладно, брось. Ты же человек, приближённый к госпоже Солор. Ты команды все знаешь. Кто ж ещё как не офицер?
— Есть каша! — Мне в миску налили хорошую порцию жидкой крупяной каши с мясом, перцем и — наконец-то! — солью! — Угощайся.
— О-о… Просто нектар…
— Чего?
— Объедение в смысле.
— Да ладно, каша как каша…
— Эй, бойцы, — слышали новость? Госпожа Солор вернулась!
— Слышали уже, — важно ответствовал сотник. — Вот, из первых рук. Вернулась живая и здоровая.
— Нам-то что не сказал?
— Ну, откуда ж мне знать-то было, что вы ушами хлопаете и таких вещей не знаете? — Шехрем сказал это настолько добродушно, что никто не обиделся. — Ладно, давайте-ка лучше нашего сегодняшнего командира расспросим об этом. Он в курсе.
— Что — правда знаешь? — спросили меня бойцы, ждавшие у котла своей очереди. Их и так-то было много: голодных вокруг хватало — но теперь за пару мгновений стало вдвое больше. Само собой, ничто не делает кашу такой вкусной, как интересные и свежие новости, рассказанные над миской, полной угощения.
— Знаю, да. Госпожа Солор и ещё двое с ней выбрались из нижнего демонического мира. В том предмете, который по её приказу вытащили из демонского лагеря, был какой-то сюрприз. Ну вот и закинуло.
— Ого!
— А ты-то откуда знаешь?
— Ну откуда… Потому что я был в этой группе третьим. Я как раз и вытаскивал штуковину с сюрпризом. Откуда мне было знать, что там сюрприз, если этого даже войсковые маги не знали? Ну вот… Попутешествовали по демоническому миру.
Глядя в застывшие от любопытства лица, я улыбался. В этом деле, если уж ты сказал «а» — должен будешь сказать и «б», то есть продолжить начатый рассказ. Собственно, я не имел ничего против. Никто ведь не говорил мне молчать о наших с Аштией и Ниршавом приключениях. Разумеется, рассказывал я больше об увиденных тварях, чем о каких-то более личных переживаниях. И о заброшенном городе тоже не смог заставить себя рассказать — это уже было чистой воды моё личное переживание, делиться с ним я пока не собирался.
Но вполне хватило и малого. Меня расспрашивали о тварях, об Аштии и её поведении, о магии — даже о демонах, которых нам там приходилось есть. К счастью, где-то посередине рассказа беседа переползла в параллельное русло — на вопросы борьбы с разными типами демонов, на способы уйти от них или обмануть их так или иначе. Для каждого из тех, кто теснился у этого костра, это были самые что ни на есть насущные проблемы.
— Ну, ты просто молодчина! — заявили мне, похлопывая по плечу, но аккуратно, чтоб я не расплескал
