с вампиршой спутать можно было. В этот раз на меня надели черное кружевное платье, которое позволяло догадываться об отсутствии нижнего белья. Если бы я всю жизнь прожила в мире Рена, то ужасно бы смущалась столь откровенного наряда, а для нашего мира он был скорее консервативным или классическим. Глубокое декольте, частично открытая спина, отсутствие рукавов, тонкие бретельки, и длина в пол. Хоть платье и было из плотного кружева, но в тех местах, где узор соединялся между собой, проглядывало обнаженное тело. Правда, такие участки находились только по бокам, но выглядело это все равно пикантно.
Макияж и маникюр мне сделали тоже достаточно агрессивным, но Владыке мой образ почему-то понравился. Он неслышно подошел со спины, положил ладони мне на плечи, а подбородок на макушку.
— Чем ты недовольна? — спросил он, придирчиво рассматривая мое отражение. — Тебе не понравился откровенный наряд?
— Макияж, — честно призналась я. Говорить вампиру, что больше всего я недовольна его присутствием в своей жизни, не стала. — С ним я выгляжу лет на десять старше. А платье красивое и, по меркам моего мира, практически классическое.
— Макияж тебя не старит, — мягко улыбнулся мне через зеркало Владыка. Похоже, он записал меня к тем дурам, которых заботит только собственная внешность. Вот и правильно, пусть лучше недооценивает. — Ты стала выглядеть как женщина, а не как девочка. Разве это плохо? Осталось только дать тебе почувствовать, что значит — быть женщиной.
— А я себя с мужчиной и не отождествляю, — язвительно сказала я, не люблю, когда говорят высокопарными фразами. Владыка на мои слова рассмеялся, но комментировать их не стал, переведя разговор на более интересующую его тему.
— А какие платья в твоем мире считаются откровенными? — спросил он, поглаживая мои плечи и ключицы. Прикосновения вызывали приятные мурашки, но жутко при этом раздражали, потому что хозяин чутких пальцев мне не нравился. Можно было попробовать закрыть глаза и представить того же Рена, но думаю, тогда бы это не понравилось вампиру.
— Декольте глубже, юбка короче, в общем, больше открытого тела, — ответила я и попыталась вывернуться из рук Владыки, который, видимо, решил поиграть в нежность. Он едва ощутимо касался губами моей шеи, медленно скользя ладонями по телу.
— Не дергайся, — грубо пресек он мои действия. Я думала он меня опять укусит, но нет, всего лишь немного потискал. И что интересно, он не лез в интимные места, но тело отзывалось на его ласки. Это бесило еще больше, лучше бы он сделал больно или поступил так же, как утром, тогда я с чистой совестью могла бы его ненавидеть. Он подал какой-то знак и появилась знакомая мне служанка, та самая, которая могла уподобляться мебели. В ее руках была крупная шкатулка и по тому, как она оттягивала руки девушки, было понятно, что там отнюдь не пух.
Владыка открыл шкатулку сам и достал в первую очередь высокое ожерелье из золота. Эдакий плетеный воротник-стойка. Сначала я даже подумала, что он из позолоченного кружева, настолько тонкой работы было изделие, но когда вампир застегнул его на моей шее, я поняла — золото.
— Не слишком ли вычурный ошейник для рабыни? — злость проскользнула в вопросе, хотя и старалась ее сдержать. А ведь будь у меня другой статус или подари мне такую вещь любимый человек, я бы оценила ее красоту, удобство и то, что она мне удивительно шла.
— Посмотри на нее, — дернул меня за волосы Владыка и развернул от зеркала лицом к горничной. Девушка побледнела и сжалась, но осталась стоять на месте. — Вот на ней рабский ошейник, а на тебе мой подарок. Я вижу, до тебя так и не дошло в чем различие между рабыней и ludibrio. Сегодня у тебя будет возможность оценить разницу.
Я заметила, что в присутствии слуг или, как вчера, соплеменников, Владыка внешне оставался равнодушным и холодным. Только на каком-то подсознательном уровне я ощущала, насколько он раздражен. А еще было любопытно, что с Ральфом он позволяет себе эмоции. У кого бы спросить почему так? У оборотня? В общем, я немного отвлеклась от выходки вампира и успела успокоиться, так что золотые браслеты меня не сильно напрягли. Они были широкими и повторяли узор ожерелья.
— Этот комплект призван защитить тебя от посягательств тех, кто может не устоять перед искушением вкусить твоей крови, моя сладкая, — снизошел до объяснений Владыка, целуя меня за ушком. Судя по взгляду горничной, она в своей жизни впервые видела такие нежности от главного вампира. Бедненькая, еще подумает, что ее хозяин влюбился. Хотя именно этого он и добивается, чтобы слухи разошлись и все были уверены, что у Хадриана появилась фаворитка.
— Спасибо, мой господин, — скрипя зубами произнесла я, вспомнив, что
