Тропик ночи

Я бы искал нейрохирурга. Большинство из них, как говорится, в той или иной степени не в своем уме.
На губах у Робинетта промелькнула улыбка и тотчас исчезла.
— Это мне неизвестно, однако хочу предупредить, что мы должны забыть о так называемых типичных параметрах. Этот парень образован. Видимо, окончил колледж и получил диплом. Очень умен и хитер. Умеет пользоваться научной библиотекой. Уверенно чувствует себя с женщинами, мастер поговорить, обаятелен. Скорее всего, недурен собой, роста среднего или повыше, сложен пропорционально, никаких особых примет или дефектов речи. Лет за тридцать, возможно, добился значительных успехов в какой-то профессии. Американец. Может легко уговорить женщину впустить его в дом, убедить ее принимать наркотики, а о молодых наивных девушках и толковать ничего. Мария Ду — модель международного уровня, поэтому чего только от мужчин не натерпелась. Тереса Варгас — выпускница колледжа, она вращалась в высших кругах общества. Диндра Уоллес была более ранима, но в ней, видимо, было что-то особенное, и это привлекло его к ней. Ясно, что ему нужны женщины, которые скоро должны родить. Возможно, он высматривает их на улицах, а возможно, они и сами приходят к нему — предположим, за предсказанием судьбы. Я слышал об указаниях на это в ваших двух случаях. Парень очень осторожен, педантичен, не оставляет почти никаких улик. Я бы предположил, что он раздевается перед операцией и прячет свою одежду в сумку. И совершенно не боится, что его заметят. Это делает ситуацию еще более аномальной. Он не изливает на женщин свою ярость. Он так же спокоен, как, к примеру, вы или я, когда идем покупать мясо для барбекю. Он не совершает преступления, обуреваемый страстью, — он делает покупки.
Это снова вызвало общее оживление. Но Робинетт, повысив голос, продолжал:
— Второе: мы ищем человека, который не пользуется автомобилем. Он ездит на городском транспорте, в такси или, как это было в последнем случае, на велосипеде. Это крайне необычно для американских мужчин вообще, а для серийных убийц в особенности. Быть может, у него отобраны права, а быть может, он по определению не должен управлять машиной. И это надо проверять. Далее третье — раса. Серийные убийцы практически все белые, жертвы их тоже белые в подавляющем большинстве случаев. Вы, ясное дело, спросите меня, к какой расе принадлежит наш субъект, и я вам должен признаться, что тут у меня прочерк. Он совершает преступление в районе с преимущественно цветным населением и совершает его ночью, когда белый человек в таком месте будет заметен, как вспышка огня в темном чулане, но убийцу никто не заметил. И у вас есть свидетель, утверждающий, что видел, как Диндра Уоллес разговаривала с чернокожим мужчиной, неизвестным, которого можно было бы принять за искомую личность. Однако потом он появляется в районе с иным населением, это элита, люди богатые, и ни для кого из нас не секрет, что одинокий чернокожий мужчина в этом районе был бы замечен, мало того, нашлись бы желающие сообщить об этом в полицию. Ваш единственный свидетель считает, что на велосипеде ехал белый человек. Я полагаю, что убийца и в самом деле белый, но для совершения убийства Уоллес он легко мог с помощью грима превратиться в чернокожего. И я думаю, мы не найдем в истории криминалистики случая, когда чернокожий перекрасился бы в белого ради того, чтобы совершить преступление.
Дальше Робинетт заговорил о ритуальных убийствах, которые, как он утверждал, не имели места в расследуемых случаях. Паз слушал его вполуха, изучая материалы по убийству Марии Ду; особенно привлекла его одна фотография, последняя из того множества, что были сделаны при жизни жертвы. На этом снимке миссис Ду шла по дорожке в сопровождении еще двух людей. Время явно было летнее, по обеим сторонам дорожки росли деревья с густой листвой, и пятна тени испещряли землю. Будущая жертва была беременна, но выглядела такой же чистой и прекрасной, как мадонны на картинах итальянских художников эпохи Возрождения. От нее будто исходило сияние, но была ли это реальность или такой женщину сделало искусство фотографа, сказать трудно. Ясно одно: она сверхъестественно, потрясающе красива. Слева от нее находилась другая женщина, высокая блондинка, невероятно худая, с обеспокоенным лицом. Она смотрела на жертву с выражением, которое Паз не смог бы точно определить. С болью? Со злостью? Со страхом? По другую сторону от беременной шел веселый, оживленный мужчина и, судя по его жестам, либо рассказывал смешной анекдот, либо шутил. Может ли быть, что именно его слова вызвали улыбку на лице мадонны и встревоженное выражение на лице другой женщины? Ее сестры, Джейн Клары Доу, как было написано на белой пояснительной наклейке на обороте снимка.