На самом деле Джейн Доу антрополог и эксперт по шаманизму. Но сейчас она никто, просто тень. Разыграв собственное самоубийство, она живет под вымышленным именем в Майами вместе с больной маленькой девочкой, которую подобрала на улице. В Майами происходит серия ритуальных убийств, из-за которых город находится на грани паники.
Авторы: Майкл Грубер
моллюсков в кляре, Уилла — салат из маленькой пластиковой тарелочки и йогурт.
— Я частенько думал о тебе в последнее время.
— Вот-вот. Некоторые мужчины только и думают о том, как бы овладеть моим телом.
— Это само собой. Но я сегодня вспомнил то стихотворение, которое ты мне читала. — Он рассказал ей о сложившихся обстоятельствах, о своих утренних заботах, очень коротко о расследуемом деле, о выброшенном в мусор ланче и о том, как в голову ему пришли строчки:
— О, это «Ирландский летчик» Йитса.
Дальше так:
— Да. Мне это нравится. Восторг сквозь облака нестись — прекрасно.
— Ты поэтому и работаешь в отделе убийств? Ясно, что это не имеет серьезного отношения к общественному благу. Как ты часто говорил, по большому счету и убийцы, и их жертвы в равной мере ничтожества. Дело не в расовой отметине… — Уилла искоса бросила на него взгляд. — Или не только в ней. Тогда что же? Тяжелая работа, грязная работа, утомительные, досадные помехи и препятствия в процессе этой работы…
— Ты собираешься использовать то, что я рассказал, в своей книге?
Джимми был мастером озадачивать Уиллу расспросами о ее литературных опытах.
— Само собой использую. Никто из моих родственников со мной об этом не говорит, а я опубликовала всего один роман. А ты? Может, попробуешь себя в коротком рассказе? Или станешь писать лирические стихи? Я тебя плохо знаю.
— Плохо меня знаешь? Мы с тобой знакомы… погоди. Года полтора, кажется?
— И ты заглядываешь примерно раз в неделю, и ты куда-нибудь ведешь меня, и обращаешься со мной как с настоящей леди, а потом прыгаешь на моих костях, и, черт возьми, это приятно, ты отличный парень, но мне кажется, что отпадных леди с Уинн-Дикси я знаю лучше, чем тебя.
— Брось ты! Мы же все время разговариваем.
— Обо мне, о поэзии, о том, что почитать, о том, что я думаю о писательстве, о моих девичьих мечтах. Но мы не говорим о тебе. Я знаю, что ты коп из отдела убийств, что твоя мать владеет рестораном, а твой напарник замшелый, сильно немолодой мужик. Смешные историйки, свидания, но как человек ты закрыт для меня. Ты не согласен?
— Ладно, что бы ты хотела узнать? — сказал Паз, в голосе у которого прозвучал некий вызов: он не сумел его скрыть.
Она улыбнулась и похлопала его по руке.
— Это не имеет значения, Джимми. Не хочу тебя расспрашивать.
Она собрала оставшийся после еды мусор и направилась к урне. Вернувшись, села прямо на траву напротив Джимми и, скрестив ноги, продемонстрировала полные белые бедра.
— Хорошо, — сказал он. — Давай побеседуем о том, как бегут скоротечные годы. Ты можешь выведать все мои скандальные тайны.
Он говорил своим обычным поддразнивающим тоном, но Уилла только слабо усмехнулась.
— Я собиралась позвонить тебе. Вчера мне утвердили грант.
— Здорово! Поздравляю. — Джимми наклонился и чмокнул Уиллу в щеку. — Значит, ты скоро улизнешь отсюда?
— Как только найду себе временную замену. Может, через неделю. Не хотелось бы торчать здесь еще одно лето.
— Ну что ж, привет тебе, Уилла. Мы должны устроить тебе грандиозные проводы.
— Как бы тебе сказать… Я предпочла бы слинять без лишнего шума.
Джимми старался сохранять беззаботное выражение лица, но это давалось ему нелегко, потому что на душе у него кошки скребли.
— Ладно, тогда устроим свидание. В пятницу.
— Ах, что за парень! — воскликнула Уилла, вскочила, села к Джимми на колени и поцеловала его в губы.
Паз подумал, какие же они у нее чудесные, жаркие и нежные.
Несколько часов в это же утро Паз провел за рутинной работой, и она вытеснила у него из головы личные размышления. Барлоу отсутствовал. Паз положил папку
