Туман войны

КГБ по защите конституционного строя. Но учитывая талант молодого тогда ещё аспиранта, Алексея Петровича только предупредили, не посадив. Но клеймо осталось и в течение долгого времени талантливый учёный не получал доступа к проектам космической программы, поскольку большая их часть так или иначе подпадала под ограничения закона о государственной тайне. Тут-то одна из работ тогда уже кандидата физико-математических наук Валиханова и попала в поле зрение аналитика курировавшего научное направление в изысканиях Склада. Товарищ Зайцев лично беседовал с физиком, открыв тому перспективы неограниченного поиска и доступ к звёздам, где любое требование и ли эксперимент были осуществимы, стоит учёному лишь пожелать. Условием оказалась лишь фиктивная смерть Валиханова и отказ на неопределённый срок от свободы передвижений и распространения информации. Но отчаявшийся человек способен на многое, молодой учёный согласился, с условием, что когда-нибудь он сможет опубликовать часть своих теоретических работ. Комитетчик не только согласился, но и распорядился создать фиктивную личность, под именем которой, Алексей Петрович мог иногда публиковаться и защищать диссертации на предмет получения научных званий. Так появился профессор казанского государственного университета Абдуллаев, регулярно публиковавшийся даже за пределами Союза. А сам Валиханов через месяц после того, как дал согласие работать на Складе, ошеломлённый и согласный на всё был аккуратно «похоронен». Его смерть была мастерски инсценирована оперативниками группы майора Журавлёва. Это был ценный работник, по-своему рисковый и самоотверженно преданный своей работе человек. Часто Валиханов сам ставил опасные опыты, оставляя только за собой право на ошибку за которую может быть заплачено чьей-то жизнью. Полковник уважал профессора, даже восхищался его самоотречённостью. Сейчас, он тоже в свою очередь пожал учёному руку:
— Алексей Петрович, каков ваш прогноз?
За размышлениями, Северской почти пропустил привычную дорогу до двойной двери ведущей в бункер. Где сейчас он с интересом разглядывал артефакт выведенный сразу на несколько настенных монохромных телеэкранов. Профессор был уже рядом, самолично выйдя встречать военных.
— Предчувствия хорошие, товарищ полковник — Голос у Валиханова был басовитый, мощный не вяжущийся с субтильной внешностью учёного — Изделие представляет собой три обработанных слитка металла цилиндрической формы с отверстием по центру, нанизанные на стержень словно блины на штангу. Но пробы и спектрограммы чётких результатов не дают: сплав изготовлен из внеземных материалов, в таблице элементов Менделеева таких нет. По свойствам тоже не всё ясно, он твёрдый, но измерения показывают, что структура циклически меняется.
— Иными словами — Северской слега улыбнулся — Эта штука твёрдая с виду, но на самом деле может и растечься по полу как кисель?
— Может и так — Валиханов недовольно дёрнул себя за бороду и обернулся к панели из пяти телевизионных экранов, транслирующих в бункер цветное изображение артефакта, находящегося за толстой, двухсотметровой переборкой в павильоне риск-лаборатории — Но мы точно не знаем. Есть теория, что внутренняя структура объекта, это цепь последовательно выстроенных в определённую последовательность искусственных молекулярных цепей, несущих сложный информационный код…
— Не понимаю, объясните подробнее и без этих научных многословий, профессор. Время дорого, говорите яснее. Вам удалось понять, с чем мы имеем дело?
Северской вплотную подошёл к одному из экранов и ткнул указательным пальцем руки в изображение тускло поблескивающую под светом мощных осветителей металлическую болванку.
— Полковник, просто хочет знать — Более дружелюбно заметил уже Возницын — Чего нам сейчас ожидать, только и всего. Понимаю, что это эксперимент, но вы-то делали предварительные прогнозы?
Валиханов снова захватил бороду в кулак и прошёлся по узкой, уставленной измерительной аппаратурой комнате из конца в конец, ободряюще похлопав одного из трёх лаборантов, занятых протоколированием эксперимента и в разговоре вообще не участвовавших. Молодой, невысокий парень с бледным узким лицом и коротко стриженными светлыми волосами поднял на профессора серые, покрасневшие от напряжения, глаза и поднялся со своего места. Тихим голосом, немного хриплым от волнения, лаборант начал объяснять:
— Объект состоит из материала с изменяемыми под воздействием тепловыделения свойствами. Свойства эти, заложены на молекулярном уровне и имеют строгую последовательность. Наш артефакт, это цилиндр с осевым стержнем и тремя подвижными валиками,