Туман войны

когда приходит пора работать, делаешь всё практически на автомате. Тем временем, на тропе появилась цепочка одетых в лохматый камуфляж разведчиков противника, мгновенно рассыпавшихся вкруговую, вскинув оружие. Машинально подмечаю: пять стрелков, два снайпера, один командир с короткоствольным «кольт-коммандо». Как всегда, командира у регуляров отличает более лучшая экипировка и вооружение, поэтому вот сейчас, нам втроём не составит большого труда разделаться с разведгруппой противника и даже успеть погасить наблюдателей на противоположной стороне тропы. Но мы сидим и ждём, пока покрутив стволами и отправив связного назад, вражеская дозорная группа уйдёт вперёд, дальше в обход болота, к месту прорыва. Вот, спустя пару минут гонец вернулся и что-то проговорив почти на ухо командиру, занял своё место в цепочке и разведчики ушли вперёд по тропе. Следом закопошились наши визави из секрета на холме, я дал своим сигнал приготовиться. Миномёты исправно продолжали молотить по площадям перепахивая сельву словно бригада из десятка хлебоуборочных комбайнов. Серии разрывов глухо докатывались до нас, скрадывая часть звуков леса, многие птицы и зверьё вообще замолкли, но были и такие, кто вопил пуще обычного. Как только пулемётчик отполз назад, а его коллеги осторожно откатились следом, мы в три прыжка, один за другим, преодолели тропу, перекатом в прыжке уйдя в заросли воздушных корней к подножью холма. Всё это заняло ровно пять ударов сердца, заросли не издали ни единого шороха, лишь пара клочков болотной тины повисла, застряв в рыжих лохмах корней. Бросок мы подгадали ровно под новую серию разрывов, потому занятый пересменкой противник продолжал возиться на холме, зевнув сектор. Да оно и понятно: солдатам надоело кормить местную мошкару, бестолку пялясь в унылую болотную даль. Теперь. Воодушевлённые хорошими новостями с того берега трясины, они уже предвкушали возвращение в казармы и прочие связанные с этим мелкие солдатские радости.

Получилось так, что мы оказались в небольшом овражке, тянущемся вдоль тропы и заросшего молодыми побегами жёсткого кустарника. Неожиданно, я услышал характерный металлический щелчок и резко повернул голову вправо. Славка даже под слоем грязи казался белей полотна — ему не повезло зацепить ножку противопехотной мины. В принципе, это бардак, оставлять на пути следования своих войск неубранные минзаги, но теперь ничего уже не попишешь: если мина не сработала сразу, шанс её снять всё ещё есть. Знаками, Детонатор попросил нас отползти как можно дальше в стороны, а сам принялся осторожно ковыряться чуть ли не под своим причинным местом. Движения его были осторожны и неторопливы, со стороны можно было подумать, что он просто прилёг и отдыхает. А если смотреть метров с десяти, то вообще ничего не разглядишь — кочки да травяная путанка. Как назло с тропы послышались негромкие голоса, сельва наполнилась дробным топотом ног, лёгким позвякиванием снаряги и запахами давно немытых тел. На тропу вышла колонна федералов, теперь спешащих в обход болота, как и предполагал чилиец. Я замер, стараясь полностью слиться с лесом, только глазами провожая удаляющихся солдат, машинально отмечая общее количество проходящих. Было их не так уж и много — три взвода по двадцать человек, без тяжёлого оружия, сразу видно, ребят перебрасывали в спешке. Одновременно я скосил глаза на Славку, тот всё ещё возился с миной, глаза его были полуприкрыты, губы сжались в сосредоточенную тонкую нитку. Вдруг он делает резкое движение, сопровождаемое ещё одним щелчком и хрустом кустарника. Я глянул на удаляющихся солдат и увидел, как один из них остановился, оглядываясь по сторонам. Славка показал мне трубку взрывателя, давая понять, что проблема решена, но вот теперь бдительный десантник отделился от своих, махнув своим рукой и что-то коротко сказал. Случись ему обнаружить так близко тех, кого его командиры искали совершенно в другом месте, солдата непременно ждало повышение или медаль. Но в нашем случае парню грозила только посмертная слава и почести. Дал сигнал бойцам приготовиться, осторожно начиная смещаться в полуприсяд, прячась за поваленным гнилым древесным стволом, лежащим поперёк оврага. Ствол гнилушки почти высовывался одним краем на тропу, другим упираясь в дно оврага так, что внизу образовывался небольшой лаз, вполне подходящий для того, чтобы проползти под гнилушкой дальше, не выбираясь из вымоины. Дуга и я уже успели перебраться дальше, от напоровшегося же на «гостинец» Детонатора нас теперь отделяло солидное гнилое бревно и метров пятнадцать колючих кустов. Знаками показав Славке, что если солдат подойдёт к нему ближе, чем на пару шагов то ему придётся его отвлечь, начинаю готовиться. Аккуратно высвободив