Туман войны

— Я это пить не буду и… — Я совсем было собрался оттолкнуть руку старика, но тот с силой вложил склянку мне в ладонь, крепко сжав её своими сильными пальцами. Невольно пришлось взять пузырёк, чтобы продолжить наш извилистый бег между оживающими хижинами. Бойцы отряда организованными группками, струились меж домов, подтягиваясь к западному краю лагеря, откуда всё чаще звучала стрельба и новые разрывы.
— Не будь дураком, парень. Те, кто напал на лагерь сильнее, чем кажутся. Они видят в темноте, их оружие несёт безмолвную смерть, а сами воины подобны злым голодным духам…
Другой бы стал спорить, но я хорошо помнил необычных гринго в странной броне, из-за которых и начались наши неприятности. Разжав кулак и зубами вынув плотно притёртую пробку, влил в себя всё содержимое пузырька залпом. Горло обожгло, в животе словно кто-то плеснул керосина в затухающий огонь, на миг я аж присел от скрутивших меня колик. Старый шаман остановился и в нетерпении приплясывал вокруг, пока я не нашёл в себе силы, чтобы идти дальше.
— А когда подействует-то?..
Но ответить колдуну не дал резкий свист и последовавший за этим звуком хаос. Мне и раньше приходилось метать гранаты, слышать разрывы бомб и один раз даже пережить настоящий налёт федералов на старый лагерь год назад. Но тогда всё было не так близко, мы отсиделись в лесу, а военные бомбили пустое место. Сейчас всё было иначе: меня ослепила яркая вспышка света, потом что-то огромное бросило назад и вверх вышибая из лёгких весь воздух и со всей дури шмякнуло о жёсткую землю. То, что это был выстрел из РПГ, разнёсший в труху арсенал, я понял почти сразу же. Но кроме шума в голове и звона в ушах я ничего больше не слышал. Зрение странным образом обострилось, а тошнота и слабость обычная после такой контузии как-то не приходили. Попробовал было встать на ноги, это с лёгкостью получилось, лишь земля чуть раскачивалась при каждом шаге. Оглядев и ощупав себя как мог, понял, что за исключением нескольких неглубоких ссадин от щепок и удара о землю — цел и невредим. Автомат так и остался сжатым в правой руке, а вот на левой виднелись ссадины, видимо старик всё же крепко вцепился в неё. Осмотревшись по сторонам я побрёл куда-то без всякой цели, досадуя на глухоту, сквозь которую словно через толщу воды доносились звуки стрельбы и взрывов. Даже крики людей были похожи на писк москитов, это казалось немного забавным. Хижины горели практически все, сельва тоже начинала заниматься очагами злого, дымного огня, скоро будет не продохнуть и к ночной темени прибавится гарь от пожарищ. К остаткам хижины шамана идти не пришлось, на труп старика я наткнулся через десяток метров, тело бросило под навес, где была общая столовая. Кавалу с разгона ударило о край широкой скамьи, от чего череп шамана треснул как перезрелый арбуз, сгусток тёмной крови и грязно-жёлтых ошмётков были на земле и досках скамейки. Повинуясь минутному импульсу, я снял с тела матерчатую торбу, из которой старик доставал снадобье и поднял валявшуюся справа от тела отлетевшую метра на два кепку. Повесив через плечо главное вместилище сокровищ нашего колдуна и одев его кепи, я почувствовал в себе странную уверенность, внутренний голос шептал в оглохшее ухо, что это был правильный поступок. Во рту пересохло и от непроизвольного сглатывания, целый шквал звуков обрушился на меня со всей силой. Выбравшись из-под развалившегося навеса, я снова осмотрелся и как мог резво побежал к восточной окраине лагеря, где не видно было вспышек огня. По пути мимо пробегали бойцы, кто-то пытался удержать меня за ремень сумки, но когда я рванулся, пальцы незнакомца разжались. Словно выпущенный из пращи камень меня вынесло к горящему лазарету, где на пороге стояла сеньорита Анна. Заметив меня, она улыбнулась рассеянной короткой улыбкой в которой было только чуть-чуть радости, зато через край горя и море растерянности.
— Симон, как ты сюда добрался?! — Голос Анны перекрывал треск горящих брёвен и заливистый лай пулемёта, из которого от бедра палил заместитель Рауля, страшный и огромный как замшелая скала команданте Пелюда.
— Я выходил от старого Кавалы, потом что-то взорвалось в арсенале, думаю, из гранатомёта пальнули с восточного склона. Потом старика убило… — Голова снова закружилась, но я что есть силы, ударил себя свободной рукой по лбу и дурнота отступила.
— Нужно уходить к скале, где сидят русские, там мы сможем обороняться и уйти по подземному ходу… — Вдруг лицо у докторши вытянулось, когда она пристально стала меня осматривать — Зрачки расширены… Что у тебя с глазами, мальчик?
— Н-ннезнаю — Слова будто бы примерзали где-то внутри, прежде чем сорваться с языка — Брухо дал какое-то снадобье, я выпил… Нам нужно идти, сеньорита Анна. Быстрее!