Туман войны

раз слышалась стрельба из «нашего» оружия. В воздухе стоял смешанный запах пороховой гари, порезанных осколками и пулями растений и само собой человечьей крови: тяжёлый, сладковато-приторный запах смерти. Вдруг справа ворохнулись кусты и я вскинул оружие но тут же опустил автомат, это Лис и Детонатор вышли прямо на меня. Вид у обоих был обескураженный. Завидев меня, бойцы тоже было вскинулись, но узнав, опустили оружие и подошли.
— Нашли кого-нибудь из наших?
— Нет. — за обоих ответил Лис. — Только трупы местных, да куча гильз. Темно кругом, вряд ли до рассвета что-нибудь отыщем.
— Добро. — я глянул на светящиеся стрелки часов. — Сейчас расходимся, дистанция тридцать метров. Выдерживаем юго-восточное направление, первые два взрыва были оттуда, стреляли тоже в том секторе, ищем наших ещё час. Потом собираемся у брода и уходим на базу. Вперёд!
Мы разошлись в стороны и стали быстро, но внимательно осматривать место схватки, постепенно продвигаясь почти строго на юг. Первые мои предположения подтвердились и сначала, группа Серебрянникова сработала точно по плану. Но по какой-то причине батя решил не дожидаться пока часть груза переправят через ручей, сразу дал команду на подрыв заложенных вдоль тропы противопехоток. Что его подвигло на изменения не знаю, вот ещё одна причина для того, чтобы его отыскать. В общем фоне лесных звуков мне послышалась диссонирующая, новая нотка… Кто-то стонал, впереди справа. Крикнув по-совиному, я подал бойцам сигнал «все ко мне» и замер на месте, фиксируя направление, откуда слышался слабый стон, несомненно человеческий. Лис с Детонатором появились спустя пару минут, знаками дал команду страховать меня с флангов, а сам медленно пошёл в направление откуда слышался стон.
Через десяток долгих минут, мы увидели две воронки от взрывов осколочных гранат, а под одним из деревьев посечённых осколками лежал Серебрянников и таращившийся на нас парнишка-проводник. Батя был без сознания и стонал, наш командир был тяжёло ранен: грудь замотана, но крови нет. Скорее всего, осколками спину посекло, а вот вторая рана — в живот и это пулевое. Пацан кое-как раны перевязал, но сделал это не слишком умело. На нас Симон направлял батин АКМ, время от времени пытаясь нажать на спусковой крючок. Видимо патроны кончились, иначе первый кого бы парень увидел, словил бы очередь прямо в упор. Лис подошёл к парнишке вплотную и забрал автомат из окровавленных рук проводника.
— Магазин пустой, следы ведут на север паренёк тащил батю волоком от места боя. Сам он невредим, только пара царапин, да лёгкая контузия. Наших никого вокруг нет. Попробуй его расспросить Сова.
Присев рядом с парнем на корточки и махнув Славке, чтобы занялся раненым я отстегнул с пояса флягу с водой и дал парню глотнуть, разжав плотно стиснутые челюсти проводника. Симон глотнул и закашлявшись, начал оживать, взгляд его приобрёл осмысленное выражение и он заговорил, узнав меня.
Сначала, всё шло как обычно, но потом послышалась стрельба, от водопада, что в двух километрах на юге. По словам Симона, батя приказал затаиться и выслал разведку. Судя по описанию, это был Юра по прозвищу Крокодил, отменный следопыт, пожалуй лучший в группе. Спустя какое-то время, Юра вернулся, но ничего толком сказать не смог: видел свежие стреляные гильзы, но и только. Потом батю вызвал я и тот решил, что стрельбе особого значения предавать не следует. Но решил ускорить акцию и взять караван чуть раньше намеченного, разумно предположив, что часть целого больше, нежели ничего. Потом появился караван и всё пошло как положено: шестеро охранников и пара мулов легли под осколками, остальных диверсы прижали огнём, отжимая к берегу ручья. Всё уже почти закончилось как сзади грохнуло два взрыва и некто открыл ураганный пулемётный огонь с тыла и справа сзади. Убило сразу троих из батиной группы, остался только он сам, но уже раненый, поскольку во время взрывов закрыл парнишку своим телом от осколков. Дальше, парень изъяснялся сумбурно и не мог описать кто же на них напал, слишком всё быстро случилось. Слышал, как стрелял первый радист Вадя Комаров, видимо. Только благодаря ему им с подполковником и удалось отползти и спрятаться. Сам батя продолжал стрелять, пока Симон тащил тяжёлую тушу Серебрянникова и в результате словил ещё одну пулю в брюхо.
Лис уже срубил носилки и мы с детонатором положили слабо стонущего батю на них. Я подхватил его оружие и взяв проводника за шиворот, потащил к берегу, чтобы оказаться под прикрытием пулемёта Дуги.
Славка и Лис несли раненого, а я шёл сзади, два раза крикнув по совиному и мигнув инфракрасным фонариком в сторону позиции пулемётчика. Пока мы добирались до брода, прошло минут сорок и в момент переправы