Туман войны

очень реальные.
— Ну, тогда это ничего — Я снова улыбнулся, от чего кусочек засохшей грязи упал со щеки на пол — Я редко вижу сны и почти их не помню. Передай всем, что можно располагаться, пусть сушатся и отдыхают. Смены по три часа, первым заступаю я, выполнять.
Конечно, я устал не меньше остальных, да и сырая одежда, да налипшая коркой грязь, радости не добавляли, но я вполне себе мог отстоять первую смену, а людям требовался отдых. Пройдя от края провала в комнату, где как сказал Симон, есть вода, я увидел в тусклом зелёноватом свете «химки»

прямоугольную комнату, слева от входа там была высеченная из цельного куска камня скамья, больше напоминавшая стандартную полутораспальную кровать, а справа, прямо из стены вырастала статуя какого-то приземистого божка. Высота статуи была метра два, под потолок комнаты. Сам божок, изображался в виде человека с головой то ли вороны, то ли попугая, увенчанной пышным плюмажем. Судя по довольно внушительным выпиравшим причиндалам, это явно был мужик и мужик с положением, поскольку на шее у него висело ожерелье, изображавшее драгоценные каменья в виде полкруга из прямоугольных пластин, доходившее по длине до середины узкой груди. Руки божка, были сложены на груди таким образом, чтобы на сложенных «лодочкой» ладонях, он смог удерживать некое сооружение, напоминающее пирамиду, вроде той, в которой мы нашли убежище. Более ничего в статуе, сделанной из серого, пористого камня не было, лишь вода частой строчкой крупных капель сочилась с ладоней идола, вытекая откуда-то из-под основания миниатюрной копии пирамиды. И капала сначала на босые ступни статуи, скрываясь потом в длинном желобе, идущем вдоль стены у него за спиной.
Проведя рукой по грязной, заросшей недельной щетиной физиономии, я решил подновить камуфляж, предварительно умывшись. Вода оказалась холодной, поэтому грязь и остатки краски отходили с лица и рук с большим трудом. Когда же, ощущая лишь субъективно, что очистился от грязи, поскольку никаких зеркал не было и в помине, я подставил под строчку капель пустую флягу, неожиданно, я ощутил прилив бодрости. Странно, ведь не долее чем десять минут назад, болело, ныло и саднило абсолютно всё тело. Чувство реальности давала только ноющая боль в почках — обычное дело после окончания действия стимуляторов. Не обращая на ставшее уже привычным ощущение, я стал наносить новый слой краски на лицо и руки, попутно вслушиваясь в тихую возню бойцов в главном зале. Вроде всё было штатно, посему, осмотревшись, насколько это возможно, я поднял с пола наполнившуюся на удивление быстро фляжку и опустив внутрь обеззараживающую таблетку, плотно завинтил крышку-стаканчик. Хоть парень и говорил, что вода не опасна, но нет смысла нарушать наработанный протокол только потому, что местные спокойно переваривают и болотную тухлятину, зовя её «чистой водой». Вода приобретёт резкий, химический привкус, но зато избавит меня от кишечных паразитов и прочих возбудителей всяческих лихорадок, для которых у врачей уже давно кончились все обычные слова и пошла одна латинская ругань. Потом, осмотрев оружие и глянув на прикрытый кожаным чехлом циферблат часов со светящимся кругом цифр, я снова вышел в зал, столкнувшись со Славкой, видимо пришедшим за водой.
— О! — Вырвалось у того непроизвольное восклицание — А я типа водичкой разжиться хотел…
— Главное, не дуй сырую, можете костёр развести. Тут тяга воздушная есть, наверняка дым тянет по низу, наружу он не выходит. Смены каждые три часа, после меня заступает Дуга, потом ты, потом пацана пошлю к суше поближе, надо весточку Раулю послать, кроме него сквозь сельву никому из нас не пройти. Пусть пошумят, отвлекут сторожей наших, а в суматохе шансы прорваться будут неплохи. Рискнём. Раз все «научные» методы накрылись медным тазом.
— Разумно, но… — Детонатор с сомнением цыкнул зубом — Тут- то долго сидеть будем?
— Чтобы потеряли наглухо след сядем тут. Если придётся даже на пару дней затихаримся — ничего не поделаешь…
Мне были понятны нервозность и нетерпение друга, но как я никогда не лез в его хитрые замуты со взрывчаткой, так и в вопросах тактики не позволял лезть другим в мою епархию. Часто, ведёт чутьё, подсказывая парадоксальное, а порой идущее в разрез с наработанным опытом решение.
— Если рвануть сегодня к вечеру — Импульсивно перебил Детонатор — Шансов проскочить гораздо больше: кордонами ещё не везде всё закроют, да и растяжки, плюс оборудование миномётных позиций времени требуют.
— Здравая мысль, Слава. Да только устали мы все. Почитай четверо суток мотаемся на пределе. А тут любая ошибка, это гарантированный писец, нужно отдохнуть. Пройдём и сквозь