1990 год. Южная Америка. Колумбия. Отряд советских военных советников и местных партизан во время рядовой операции подвергся нападению неизвестного противника. Трое погибло, командир тяжело ранен. Командование переходит к старшему лейтенанту Егору Шубину. Он должен увести группу от преследователей и доставить в лагерь раненого командира.
Авторы: Колентьев Алексей Сергеевич
на выручку.
— Думаешь, что сеньорита Анита…
— Скажем так, я очень на это рассчитываю, Симон. А сейчас, иди отдыхать, путь предстоит не близкий, да и я тоже чуток придавлю на массу.
Парень не понял последнего выражения, но уловив общий смысл, ушёл в первый зал, откуда раздавался негромкий сам Детонатора. Я тоже прилёг и смежив веки ещё некоторое время гонял варианты возможного поведения федералов. По всему выходило, что пока нет причин думать о провале. С точки зрения любого более-менее грамотного спеца, слишком многое зависело от случайных факторов, не поддающихся анализу. Так. Почти незаметно для себя, я соскользнул в вязкую полудрёму, когда слышишь и воспринимаешь всё, что происходит вокруг, но тем не менее, в ощущения вклиниваются грёзы…
Мне снился снег, наш, родной и такой до боли знакомый по ощущениям, въевшимся в самоё моё нутро. Его пушистые, невесомые хлопья падали со свинцово-серых, высоких небес, окутывая всё вокруг словно пуховым покрывалом и таинственной дымкой. Оглянувшись вокруг, узнал родные места: вот рубленая ещё отцом баня, почерневший сруб, чуть припорошенный на стыках брёвен только что выпавшим снежком. Вдруг, я понял, что со спины ко мне подходит Наташка. Её лёгкие, быстрые шаги по скрипучему снегу звучат знакомо, совсем как наяву. Оборачиваюсь и тону в её огромных, зеленовато-серых глазищах, обрамлённых не лишком густыми ресницами, замечаю буквально всё: проступившие бледные крапинки веснушек обсыпавшие прямой, чуть вздёрнутый нос и щёки, пару новых морщинок в уголках рта. Из-под собачьей, рыжей шапки, выбилось пара прядей густых, светло-русых волос, в которые тоже успели впутаться снежинки. Жена была в белой дублёнке и специально сшитых для неё унтах, которые едва доходили до колен, прикрытых клетчатой шерстяной юбкой, чуть выглядывающей из-под пол приталенной белой шубейки, на которую я ухлопал весь свой оклад за два месяца.
— Гор-рка!.. — Весёлый, звонкий девичий голос эхом отозвался в сосняке, тревожа покой улёгшегося на зимнюю спячку леса, затрещала, вспорхнув с ветки и полетевшая в более спокойное место сорока.
— Ната! — Вроде как произнес я в ответ, но во сне всегда нет чёткого ощущения действий — Родной мой человечек, я… Я так скучаю!..
Руки мои неподвижно, плетьми, лежали вдоль туловища, словно примороженные, ноги застряли в снегу, почти по колено, не давая двинуться с места. Радость встречи, растерянность и щемящая тоска накрыла с головой, вышибая из головы все остальные мысли. Наташа пробежала пару оставшихся до меня метров и её руки сомкнулись на моей шее, а ещё через доли мгновения, уже вновь пробовал губы, такой родной и любимой женщины. Напрягая все силы, мне удалось поднять руки и обнять её в ответ. Но ощущения и запахи во сне стирались, я и был там, на нашей «фамильной», как называл её отец, даче и одновременно ощущал на лице сухой ток воздуха подземелья и лёгкий запах болотной гнили. Но в тоже самое время, не было полного ощущения пришедшего сна: руки обнимали знакомую, хрупкую фигурку жены, губами я ловил то капризную и тонкую верхнюю, то полную и податливую нижнюю губы Наташи. Такая двойственность оставляла смутное чувство близкой беды, вот она — крадётся на мягких лапах, чтобы упасть сверху, ударить поддых, окружить и навалиться со всех сторон…
Солнце уже не так жгло, но жар всё же струился от асфальта, стен домов и проезжающих мимо автомобилей. Журавлёв поправил солнцезащитные очки — «капли», машинально проверяясь на предмет сторонней опеки и свернул в проулок между двумя блочными трёхэтажками и оказался во внутреннем дворике одной из них. Встав в тени чахлого дерева, бросавшего рассеянную тень на пыльную землю, Николай стал ждать. До условленного времени оставалось ещё минут двадцать, а вообще, он кружил вокруг по кварталу около двух часов кряду, стараясь выявить активность возможной засады, заодно, проверяя, не прицепился ли кто-нибудь непосредственно за ним самим. Египет, в последнее время, вновь стал местом постоянных столкновений с англичанами, окончательно перешедших в подчинение к бывшим «младшим партнёрам» из Штатов. Впрочем, «томми»,
часто взбрыкивали и тогда удавалось сыграть на противоречиях между «родственниками». Но сейчас, всё было несколько иначе: вот уже более двух лет, Журавлёв
