сил сдерживал нетерпение.
— А что оно значит, это самое «тау»? Почему оно тебя волнует?
— Меня оно не волнует — это просто невозможно, вот и все. Так сделать нельзя. Но так было сделано.
Клейман выпустил бумагу, и она скользнула на пол. Он повернулся к Трою, и лицо его вытянулось, а голос охрип:
— Что бы там ни было послано во времени, оно не было послано вперед. Оно было послано в обратном направлении. В прошлое.
Трой без всякого сомнения воспринял путешествия во времени как факт. А почему нет? Он вырос в век технических чудес. Сначала атомная бомба, задолго до его рождения, потом реактивный самолет, летящий быстрее звука, орбитальные спутники, телевизор, передающий в прямой эфир высадку человека на Луну. Новшества сыпались из лабораторий, как из рога изобилия, и он, как и большинство, уже не интересовался, как это все работает. Работает — и хорошо. В армии приходилось использовать ракеты с электронным наведением. Нажал кнопку — и пошла.
А здесь ты нажал другую кнопку, и что-то поехало сквозь время. Никакой разницы. Единственный вопрос — для чего использовалась машина? Что послали через время Мак-Каллох с Харпером? Золото? А что они с ним хотят сделать? А если не золото, то что?
При такой постановке вопроса ответ становится очевидным. Осколки ложатся в узор. Трой повернулся и позвал Клеймана. Тот не услышал. Физик что-то бормотал, разгребая кучу бумажных листов распечатки. Трою пришлось позвать погромче.
— Что? — Клейман заморгал, отвлекаясь от своих мыслей. — Ты что-то сказал?
— Я спросил, можно ли по этим цифрам сказать, какой предмет они послали.
— Ты имеешь в виду его массу? Да, я могу. Надо посчитать по формуле, учесть расход энергии по отношению к параметру тау и аспект фактора…
— А прямо сейчас, грубо, можешь сказать, какой была эта масса?
— Мы использовали малые объекты, но теоретически ограничения на массу нет. Создай большое поле — и можешь двинуть, к примеру, памятник Вашингтона. Теоретически такая возможность не исключена.
Следующий вопрос Трой задал после паузы:
— А если это правда, то есть возможно, можно ли послать через время человека?
— Ну почему же нет? Масса есть масса… — Клейман остановился и взглянул на Троя. — И ты о том же подумал? О странном исчезновении полковника?
— Возможно. Становится понятной куча разных вещей. И способ совершения грубых убийств — просто важно было выиграть время. И его очевидное безразличие к оставленным следам. Ему все равно, что он натворил, раз ему не грозят последствия.
— Ты прав, ему было наплевать. Если бегство сквозь время возможно. Мы до сих пор не экспериментировали с живыми существами. А эксперимент может оказаться смертельным. Мы же не пробовали.
— Так попробуй.
— Сказано в духе чистой науки. И я знаю, что нам нужно.
Клейман обошел вокруг стола и нашел телефонный справочник. Проверив номер, он защелкал кнопками телефона. Потом откинулся в кресле, положил ноги на стол и слушал редкие гудки.
— Хьюго, ты? Да, Боб Клейман. Да, давненько. Контора большая, все перегружены. Слушай, у меня к тебе, если у тебя есть две минуты, вопрос. Отлично. Помнишь, я полгода назад давал тебе маленький тау-генератор для исследования воздействия тау-поля на живую клетку? Ну и что? Ладно, отрицательный результат — тоже результат. А многоклеточных ты тоже пробовал? Тоже хорошо. Белые мыши? Я мог бы помочь. Верно, я думал, что тебя заинтересует. Ты мне пришли какую-нибудь, которую любишь меньше других. Ну, я же не знаю, что с ней будет после прохода через пространственно-временной континуум. Ну, ты гигант. Спасибо.
Он повесил трубку и повернулся к Трою:
— Он уже послал к нам человека с мышами. Сейчас поставим эксперимент и ответим на один из твоих вопросов.
Белая мышка была очень маленькой, с розовыми глазками и розовым носом. Она сидела в клетке и чистила усы передними лапками, не проявляя никакого интереса к тому, что клетку ставили на стенд под лазерную метку.
— Разряд! — скомандовал Клейман, нажимая кнопку. Клетка исчезла. — Я ей дал полных пять минут. За десять секунд до возвращения сработает сигнал. Дай-ка мне еще раз распечатку, тут есть о чем подумать. У меня такое чувство, что эти юмористы проделали эксперимент, о котором мы даже не думали. Они нашли способ проверки и экспериментально проверили теорию без возникновения