налогоплательщикам. Так, теперь быстро посчитаем.
Клейман дважды проверил цифры, и результаты повторились. Он черкнул что-то в блокноте, оторвал листок и перебросил его Трою:
— Десятое декабря тысяча девятьсот сорок первого года.
Трой взглянул на листок:
— Это дата прибытия?
— Верно. Туда было доставлено нечто весом около пятнадцати килограммов. По крайней мере, я считаю эту дату датой прибытия. В оценке массы я уверен, однако дата получена просто обращением формулы для расчета смещения в будущее. Она может быть неточной, но мы ее проверим так же, как и они. Посмотрим газеты. Что бы это ни было, но оно, по необычайности своей, должно было попасть в газеты. Бешеный волк, двадцать пять двухголовых замороженных цыплят в чешуе или не знаю что, но не могло оно проскочить мимо газет.
— Ты уверен?
— Не-а. Но для начала это неплохая теория. Слушай, давай поделим работу? Я покопаюсь в этой распечатке и выясню, сколько они посылали и в какое время. А ты тем временем съезди в «Вашингтон пост», посмотри их подшивки того времени. Если не найдешь, посмотри немножко вперед и назад. Должно быть хоть что-то, иначе Мак-Каллох не решился бы на свой сволочной план.
— Согласен. Ты еще сколько здесь будешь?
— До твоего звонка. — Клейман положил руку на сердце и поднял глаза к небу. — Да простит меня небо, ибо я нарушаю святое правило смываться с работы в пять и выпивать первый мартини в пять тридцать. Но нет жертвы, которой я бы не принес для дела. Иди, о воин, и возвращайся со щитом иль на щите. Мне нужны хорошие новости — или никаких. Ты можешь.
А почему бы и нет, думал Трой, ведя машину в город. Будем держаться того, что у нас есть, пока не нападем на след. Должно получиться, раз получилось у Мак-Каллоха.
У «Вашингтон пост» хранение подшивок было поставлено как следует. Все предыдущие выпуски доступны для просмотра или покупки. Однако в целях экономии места по прошествии нескольких недель со дня выпуска газеты переводились на микрофильмы. Трой заполнил требование на ролик за декабрь сорок первого года и вызвал клерка нажатием кнопки. Ждать пришлось долго. Клерк не соизволил появиться, пока Трой не позвонил еще раз.
— Терпение, о брат мой. Хладнокровней.
Это был молодой мулат с хорошо выраженными африканскими чертами и копной волос размером в добрых восемь дюймов. Взяв у Троя требование, он скрылся между полками. Но вернулся тотчас и отдал Трою требование.
— Не получается, — сказал он. — Никак не могу выдать этот ролик.
— Почему?
— А потому, что его здесь нет, земляк. Случается. Кто-то не поставил на место или какой-то олух ушел прямо с ним. Таков наш мир. И случиться это могло довольно давно, я полагаю. Редко бывают запросы на такую старину, и ролика могли не хватиться. Но как бы там ни было, а его нет, точно.
Полковник успел раньше их.
Трой посмотрел на листок требования и понял, что они угадали верно. Мак-Каллох уже был здесь, нашел, что хотел, и замел следы.
— А за предыдущий месяц или за следующий? — спросил Трой.
— Ну такой уж день у тебя сегодня, что тебе офигенно не везет. На каждом ролике у нас подшивка за четыре месяца. А то, что ты просил, точно посередине.
— Ладно, но это же копии. У вас хранятся где-то исходные экземпляры фильмов?
— Ну есть, конечно, резервные копии для восстановления испорченных. В наши дни люди потеряли уважение к собственности. Извозят пальцами чужую вещь или исцарапают до полной негодности, и приходится восстанавливать. Однако это требует времени, друг. Сегодня же поставлю в заказ, но получишь не раньше чем через три дня.
— Времени у меня нет. А на исходную копию нельзя взглянуть?
Клерк покачал головой:
— Никак. У нас тут правила. Оригиналы только в хранилище. И мне никоим образом не разрешено выдавать их. Тебе придется чуток остынуть и прийти, когда отпечатки будут готовы.
Они были одни в комнате. Трой вынул из кармана бумажник и извлек купюру в двадцать долларов. Положил ее на конторку; клерк следил за его руками.
— Нельзя ли сделать некоторое исключение из правил?
Клерк отступил назад и оглянулся:
— Человек! Ты пытаешься меня подкупить?
— Да.
— Годится. Старые клуши, которые тут командуют, мне давно уже поперек горла.
Бумажка исчезла, и через пятнадцать секунд на ее месте появился микрофильм. Клерк прижал палец к губам: