Он был знаком с ней два дня и не знал о ней ровным счетом ничего, кроме того, что она потрясающая, сногсшибательная, великолепная, чувственная, красивая, обаятельная, остроумная, высокая, рыжая, хорошо готовит, добрая, любит детей, у нее сладкие губы и душистая кожа, она танцует как цыганка и колдует как… колдунья, она ирландка, она не боится разговаривать даже о самом неприятном, она умеет слушать и слышать… Вполне достаточно, чтобы влюбиться. Он и влюбился. Однако вынужден держать свои чувства в узде, поскольку уверен, что над ним висит страшное проклятие…
Авторы: Мэй Сандра
– Я не ведьма! И почем я знала, что там сразу будет сельва? Я девушка городская, дикая…
– Морин, сельва здесь везде. Это мы здесь случайно и кое-где. Танцевать босиком на лужайке перед домом – еще куда ни шло, змеи не любят заползать туда, где есть люди и собаки, но в лесу надо быть очень осторожной… Пошли, тебе нужно полотенце.
Да, черт возьми, ей нужно полотенце, а ему стакан брома, потому что мокрый шелк облепил это тело так, словно никакого платья на ней и вовсе нет, а рыжие волосы свились в тугие кольца, и в зеленых кошачьих глазах горит такой огонь, что душа и тело Джона Карлайла могут не выдержать, и тогда…
И тогда все будет очень хорошо. Просто замечательно, потому что будет все именно так, как ему и надо. Ибо он хочет эту женщину, хочет так сильно, что едва способен соображать и вести себя как цивилизованный человек, и очень даже жаль, что он цивилизованный человек, потому что лучше было бы подхватить ее сейчас на руки и унести в спальню, а потом не выпускать оттуда… примерно до конца жизни!
Все эти – и еще куда более бессвязные – мысли проносились в голове Джона Карлайла, пока он вел мокрую Морин О’Лири по тропинке к маленькому летнему павильону. Здесь должны были найтись, черт их дери, полотенца!
Потом Морин заворачивалась в эти самые полотенца, а он не сводил с нее зачарованного взгляда, от которого она нервничала все сильнее и сильнее. Когда полотенца укутали Морин с головы до ног и опасность вроде бы миновала, Джон неожиданно шагнул к ней и медленно коснулся губами обнаженного (по чистому недосмотру) плеча.
– Почему же вы до сих пор не замужем, прекрасная ведьма Морин?
– А вы почему не женаты, мой суровый босс?
– Ирландская привычка – отвечать вопросом на вопрос. Но я буду снисходителен. Я просто никогда не встречал женщину, которая обладала бы магией…
– А я никогда не встречала Правильного Мужчину. Хорошие Девочки должны встретить Правильного Мужчину, тогда у них получится Крепкая Семья и Дом Полная Чаша.
– Тебе именно этого хочется?
– Не уверена. Но начинать лучше с этого. Так безопаснее. А то являются всякие, прыгают на тебя, как…
– Как хищники.
– Вот именно, благодарю, как хищники. И с виду они тоже… чистые разбойники.
Оба одновременно взглянули в зеркало. Там отразилась на удивление яркая и красивая пара – рыжеволосая высокая красотка с белоснежной кожей и смуглый синеглазый брюнет с насмешливой улыбкой. Морин и Джон смотрели друг на друга в зеркало и не могли сдвинуться с места, словно зачарованные внезапным приливом таинственной магии…
Звонкий юношеский голос прорезал наступившую тишину, заставил обоих отпрянуть в смущении от зеркала и друг от друга. Эдди-аристократ.
– Эй, вы двое, ау!!!
– Мы здесь, Эдди. Тебя трудно не услышать даже сквозь грозу.
Эдди вынырнул из тьмы с веселым смехом.
– Я не зря тренировался все эти месяцы. Не поверите, мисс О’Лири, в Итоне у меня был самый тихий и слабенький голосишко. Один профессор даже отказался принимать у меня зачет, потому что ему надоело переспрашивать. Эх, сейчас бы я ему ответил…
– О да! Только вот на какую тему, хотел бы я знать? Особенности поведения пегих кобыл-трехлеток в период течки? Ты же, насколько я помню, специалист по истории искусств?
– Я был им, дорогой Джон, но это осталось в другой жизни. Кстати, а я вам не помешал?
– Разумеется, помешал! Мы с мисс О’Лири как раз собирались сорвать друг с друга мокрые тряпки, чтобы заняться необузданным сексом…
Морин, прищурившись, посмотрела на Джона. Как известно, лучший способ соврать – это сказать чистую правду…
Эдди откинул голову и жизнерадостно рассмеялся.
– Ну вы и даете! По мне, так лучше пойти обсохнуть, хотя в чем-то Джон прав. Эта ночка прямо создана для диких и необузданных поступков. Главное, знаете, Морин, никто на Амазонке не может ничего толком предсказать. Метеорологи здесь бессильны…
Джон сердито махнул рукой на болтуна:
– Не говори ерунды. Отец всегда знал, какая будет погода. А яномами и сейчас могут тебе дать любой прогноз. Только не хотят. Ха-ха.
– Вот именно, ха-ха. Я же не Сын Ягуара…
– Эдди, оторву башку!
Морин вскинула голову и с интересом взглянула на Джона.
– А за что? Кто такой Сын Ягуара? И почему о нем нельзя говорить?
Эдди отскочил на безопасное, по его мнению, расстояние и весело ответил за Джона:
– Сын Ягуара – это он. Оторвет башку – потому что он Сын Ягуара. А нельзя говорить, потому что босс не любит, когда я болтаю о том, чего сам толком не знаю. Собственно, он абсолютно прав. Теперь ваша очередь, Морин.
Морин повернулась к Джону, но тот яростно выставил вперед ладонь, словно защищаясь от нее.
