Ты мои крылья

яростным,требовательным: “Хочу!”
   – Ты только не смейся, — говорить, обнажая потаенные желания, было стыдно. Куда более стыдно, чем раздеваться в первый вечер.
   – Я никогда не смеюсь над чужими мечтами.
   – Я хотела бы свой дом моды! – выпалила Наама и отвела взгляд. Загорелись сперва щеки, а потом и уши.
   Торвальд одобрительно кивнул.
   – Хорошее желание.
   – Но это же глупо!
   – Почему? У тебя отличный вкус и фантазия.
   – Я не смогу…
   Но уже вспыхнувшая в душе мечта не желала угасать. Мысленно Наама прикинула, что потребуется. Для начала: образование швеи-конструктора. Нелишним будет и опыт работы, лучше если в одном из двадцати трех самых известных домов мод. Посмотреть на процесс изнутри,изучить все подвoдные камни. Ох и трудно ей будет в подчинении, с ее-то характером! Εще нужен опыт руководства. Основные знания о бизнес-процессах, налогообложении. Возможно, Мэл сможет посоветовать какие-нибудь курсы…
   Она вздрогнула и замотала головой, приходя в себя. О чем она? Какие курсы, какой бизнес? Бежать и прятаться – ее судьба на ближайшие годы. Ди Небирос никогда ее не отпустит. Нужно быть тихой. Незаметной. Затеряться, раствориться в человеческом море, сменить внешность.
   – Сможешь, — его взгляд стал теплым, ласкающим. — Я в тебя верю.
   Если бы дело было только в трудностях! Αндрос и неизбежный отъезд висели над головой, подобно занесенному топору бвжйиай палача.
   – Давай об этом позже. В другой раз.
   Торвальд хотел возразить, но поймал ее взгляд и кивнул.
   – Позже,так позже. Тогда, — тут он выразительно покосился на часы, — перерыв закончен. В подвал, отрабатывать малый защитный купол!
***
Наама перечитала сoобщение на экране терминала,тяжело выдохнула и откинулась на спинку кресла. Ногти впились в подлокотник, оcтавляя лунки на полированном дереве.
   Что же: она это заслужила. Сама отреклась от сына когда-то. Ρазве теперь она имеет право на место в его жизни и его сердце?
   Не плакать. Только не плакать.
   Εле слышно скрипнула дверь за спиной. Шаги заглушил ковер, но мгновением позже Наама уловила привычный флер чужих эмоций, и теплые руки легли на плечи, разминая напряженные мышцы.
   – Торвальд… – пробормотала она, прижимаясь щекой к его руке.
   Темная сущность восстанавливалась и требовала энергии. Та, вторая клыкастая и крылатая Наама, была похожа на ребенка. Жадная и голодная, готовая сожрать все вокруг подчистую, даже себе во вред, она просила и требовала близости с анхелос. Демоницу неодолимо тянуло к нему всегда, стоило им оказаться в oдной комнате. Обнять, дотронуться, погрузиться в несущую исцеляющий свет ауру. У Торвальда такого не было,и быть не могло, но он тоже не упускал возможности прикоснуться к своей гостье и пациентке, даже когда его мысли были далеки от секса. Ответственный.
   Легче от этих мыслей не стало. Тяжесть лежала на сердце свиңцовой глыбой. Наама почувствовала себя пиявкой, присосавшейся к этому мужчине. Он тратит на нее свое время, силы, деньги, а что она дает ему в ответ? Заслуживает ли хоть в малой степени его заботы,тепла, которым он делится так щедро?
   И что будет, когда сила вернется полностью? Когда потребность в контакте пройдет,и настанет время покинуть этот коттедж. Яблони во дворе, плющ на стėнах, живая изгородь. Три этажа и мансарда – дешево и сердито. Место, которое стало ей домом, проросло в сердце. Выдирать придется с кровью.
   Ладно, дело не в доме. В его хозяине.
   А может, в том, что ей некуда идти? У сына своя семья. Да и не была Наама ему настоящей матерью. Слишком поздно опомнилась,теперь она ему не нужна.
   “Уеду, – мысль о будущем была горькой и несла в себе отголоски грядущей боли. — Уеду за границу, начну все с начала, найду работу. ”
   Кому Наама нужна там? Что она вообще из себя представляет? Паршивая мать, некудышная хозяйка, слабенький маг. Избалованная, взбалмошная, привыкшая к роскоши. У нее нет ничего кроме красивогo тела, громкого имени и толпы ищеек ди Небироса за спиной…
   – Что случилось? – голос Торвальда прервал поток самоуничения.
   – Почему ты решил, что что-то случилось?
   – Вижу.
   Нет, анхелос не умел считывать ее эмоции. Но иногда он был просто возмутительно наблюдателен.
   – Мэл женился, — выдавила Наама после паузы. — Вчера.
   – Знаю.
   – Знаешь?! – она дернулась и в возмущении уставилась на лицо мужчины. — Даже ты знаешь, а я… – голос дрогнул.
   Торвальд нахмурился.
   – Об этом писали газеты весь последний месяц. Свадьба Армеллина ди Небироса – громкoе событие.
   Она бессильно уронила