Тяжкий грех

приводит двоюродного брата в отчаяние. Старательно сохраняя на лице выражение равнодушного пренебрежения, он подошел к окну и задернул занавески.
– Англичанки слишком утонченны и воспитанны, а их моральные устои достаточно крепки, и они не могут самым бесстыдным образом прижиматься к мужчине, обнимая его у всех на виду на танцполе. Например, дамы в Эверли…
Все, более сдерживаться Феликс не мог. Он должен был высказать свое мнение прямо сейчас. Со звоном опустив бокал на столик, он ядовито заметил:
– Сколько раз я должен повторять, что здесь не твой любимый Эверли? Это Лондон, и, можешь мне поверить, вальс в столице считается последним криком моды. – Кузен умчался в библиотеку, откуда появился мгновение спустя, возбужденно размахивая зажатой в руке газетой. – Вальс – исключительно приличный танец. – Раскрыв газету на второй странице, он сунул ее под нос Нику. – Прочти вот это. «Тайме» сообщала об этом танце всего две недели назад. И в прошлую пятницу вальс был представлен при дворе. Все приличия соблюдены. Он обрел респектабельность. Кстати, на том балу присутствовал принц-регент.
Ник взял из рук Феликса газету и пробежал глазами заметку.
– О да, вижу, общество приняло его. Респектабельность, говоришь? – Он язвительно рассмеялся и принялся читать вслух: – «…Пока этим непристойным занятием развлекались проститутки и неверные супруги, мы не считали его заслуживающим внимания; но теперь, когда предпринята попытка навязать его респектабельным слоям нашего общества, причем развращенными представителями высшей знати, мы считаем своим святым долгом предостеречь родителей: берегите своих дочерей от столь фатальной заразы…»
– Послушай меня, Ник. Вальс – это последнее веяние. Модная тенденция. Говорят, учителей танцев буквально разрывают на части, передавая их из рук в руки, из одного дома в другой, чтобы обучиться этой премудрости. Им не хватает двадцати четырех часов в сутки, чтобы удовлетворить запросы всех желающих.
– В таком случае, надеюсь, ты простишь меня, если я скажу, что на сегодня с меня довольно учебы.
Ник всегда недолюбливал танцы, и они платили ему тем же. Он вполне сносно умел выделывать требуемые па на деревенских балах, что помогало ему покорять сердца местных дам, но особым умением похвастаться все-таки не мог. Давным-давно он понял, что может соблазнить приглянувшуюся девушку, всего лишь пригласив ее прогуляться по бальной зале, а не выводя на танцевальный пол, где его потуги двигаться в такт музыке выглядели бы смешными и неуклюжими.
– Осмелюсь предположить, что несведущие числом превзойдут модников, если все, что ты мне рассказал, – правда.
Феликс отвесил Нику изысканный поклон, а потом, выпрямившись, протянул кузену руку.
– Но ты непременно должен оказаться среди последних.
«Господи, только этого мне не хватало!»
Феликс стремительно шагнул вперед и схватил Ника за руку, прежде чем тот успел отойти на безопасное расстояние.
– Фортуна покровительствует тебе, кузен, поскольку я прошел полный курс обучения вальсу. – Он горделиво улыбнулся и крепче стиснул руку Ника, чтобы тот не вздумал вырваться. – Собственно, я научу тебя самой модной разновидности танца – французскому вальсу. Быстрый шаг вперед, подскок с поворотом, сближение. На самом деле это очень легко и просто.
Ник громко застонал. Позволить Айви вести себя в танце – одно, а выдержать урок от Феликса – совсем другое.
– Ладно, давай начинать. У нас и так мало времени. – Феликс показал Нику, как правильно поставить ноги в исходное положение. – Начинаем с того, что левую ногу ты переносишь из четвертой позиции во вторую с одновременным поворотом корпуса. Затем совершаешь пируэт. Отлично, Никки!
Десять часов, тем же вечером
Беркли-сквер
– Ваша милость, подождите же, прошу вас! – выкрикнул Феликс в спину леди Айви, взбегая вслед за ней по ступенькам, ведущим к двери спальни Доминика.
Но Айви, и не думая останавливаться, лишь крепче прижала к груди пакет.
– Я спешу. Мы уже и так опаздываем!
– Но, леди Айви… – настаивал он. – Вы же не можете просто взять и войти!
Взявшись за ручку двери, ведущей, как сообщил Четлин во время ее первой и единственной экскурсии по дому, в главную спальню, которую должен был занять лорд Каунтертон, Айви остановилась и бросила через плечо раздраженный взгляд.
– А почему нет?
– Потому что он не одет, – пробормотал дворецкий в то самое мгновение, когда дверь в спальню распахнулась.
Айви презрительно фыркнула и коротко рассмеялась.
– Знаю. Иначе зачем бы я приносила ему…
Дворецкий, уже успевший поравняться с ней, побледнел.