Тяжкий грех

дом Каунтертона вполне подходил для маркиза, в особенности фальшивого, то в особняке Уинтропов, одном из самых больших и роскошных зданий на Беркли-сквер, не постыдился бы разместиться и принц крови.
Сказать, что величественный старинный особняк производил неизгладимое впечатление, – значит не сказать ничего. Всего один дом, расположенный на площади, мог похвастаться такими же размерами – Лэндсоун-хаус. Эта огромная постройка – в сущности, настоящий дворец – занимала всю юго-западную сторону Беркли-сквер и некогда служила резиденцией самому премьер-министру Уильяму Питту.
Но увы: когда у Айви возникла необходимость обеспечить достойным жильем новоявленного маркиза Каунтертона, особняк Лэндсоун-хаус был уже занят. Впрочем, даже если бы он и был свободен, стоимость его аренды явно была ей не по карману.
А сейчас она вместе с сестрами стояла снаружи, по другую сторону огромных французских окон, открывавших доступ в роскошную гостиную, выдержанную в темно-лиловых тонах, в которой, по мнению Сьюзен, было слишком душно, чтобы дожидаться там начала музыкального вечера.
Братья Синклеры с легкой руки Гранта любезно отклонили приглашение почтить своим присутствием торжественный прием с последующим музыкальным вечером, устраиваемый в доме Уинтропов в честь маркиза Каунтертона, что, естественно, вызвало бурное неудовольствие Айви. Вместо этого братья предпочли начать вечер с посещения клуба Уайта, а уже оттуда двинуться по извилистой дороге развлечений, куда бы она их ни завела.
Пока Сьюзен и Присцилла с завистью разглядывали роскошный сад, Айви, прислонившись спиной к мраморной балконной балюстраде и скрестив руки на груди, мрачно созерцала гостиную особняка.
Доминика обступила стайка матрон, и, судя по долетавшим до девушки взрывам смеха и игривым взмахам вееров, он, по своему обыкновению, совершенно очаровал почтенных дам.
В гостиной были расставлены стулья, и мисс Фини восседала в первом ряду, вместе с прочими гостями ожидая начала обещанного концерта. Рассматривая ее точеный профиль, Айви заметила, что ирландская красотка пребывает не в лучшем расположении духа. Причем девушка была уверена, что отнюдь не фруктовое пирожное с начинкой из рыбьего желатина было тому причиной. Любая женщина на ее месте чувствовала бы себя точно так же, когда мужчина ее мечты – так, во всяком случае, надеялась Айви – находился всего в двух шагах. А главный персонаж хитроумного плана, виконт Тинсдейл, как часовой стоял позади, жестом собственника возложив руку на ее плечо.
Айви даже пожалела ее. Но совсем немного. Мисс Фини посеяла ветер и теперь пожинала бурю. Она сама выбрала свой путь. Вот только Айви намеревалась повернуть ее вспять. И очень скоро, кстати говоря.
– В первую очередь он должен разговаривать с мисс Фини, а не со всеми дамами подряд! – кипятилась Айви. Мы пришли сюда только ради этого, а не для того чтобы познакомить его с представительницами высшего света.
– Дорогая, похоже, у него просто не было иного выхода, – лениво возразила Присцилла. – Как только прозвучало его имя, твоего маркиза тут же обступили исполненные надежд мамаши, желающие пристроить своих дочек.
Айви глубоко вздохнула, стараясь успокоиться и взять себя в руки.
– Но он обязан направить свое обаяние на мисс Фини, иначе мне не удастся вернуть Тинсдейла!
– Неужели ты всерьез вознамерилась вернуть привязанность неинтересного и скучного виконта Тинсдейла, единственное устремление которого, похоже, заключается в том, чтобы убить в тебе дух свободы и превратить в бессловесное, покорное создание? – пустила пробный шар Сьюзен.
Айви отвернулась, глядя в сад, залитый неярким серебристым светом ущербной луны.
– Почему ты так ведешь себя, Айви? Ты же видишь, Доминик готов целовать землю, по которой ты ступаешь. У него в глазах светится обожание. Как ты можешь не чувствовать… и не видеть этого?
– Кроме того… Святые угодники, ты только посмотри на него! – подхватила Присцилла. Оглянувшись через плечо на гостиную, она мечтательно вздохнула. – На твоем месте, Айви, я бы думала о том, как заполучить Доминика в свою постель, а не пристроить его в чужую.
– Присцилла! – Айви ударила сестру веером.
– Что? Ты же знаешь, что я права. – Присцилла томно приподняла бровь, выразительно глядя на Сьюзен. – Во всяком случае, это было бы естественно.
– Существуют сразу две веские причины того, почему мы с Домиником никогда не сможем быть вместе, и я не собираюсь объяснять их вам. – Айви резко развернулась и направилась к французским окнам лиловой гостиной. – Ограничусь лишь тем, что скажу: я сделала свой выбор, остановив его на Тинсдейле,