У дьявола в плену

Он улыбнулся. Особого труда не будет. Тереза была хорошенькой женщиной, но при этом пустой и ограниченной. В отличие от своей племянницы Давины Тереза не была любопытна, и ее ничто не интересовало, кроме нарядов, модных причесок и светских развлечений.
Давина его раздражала. Ладно, пусть поиграет с Маршаллом в замужнюю женщину. Ее преданность поможет Маршаллу побыть какое-то время в здравом уме. А потом, однажды ночью, он окончательно потеряет рассудок и – вполне возможно – свернет своей женушке шею.

Лунный свет проникал в спальню Давины, окрашивая комнату в странный голубоватый свет. Но Маршалл проснулся не от лунного света, а потому, что был голоден.
Он почти потерял аппетит с тех пор, как провел столько времени в тюремном заключении. За последний год он с трудом начал набирать свой прежний вес, о чем ему уже не раз напоминал Джейкобс. Но по-прежнему было много ночей, когда вино притупляло чувство голода.
Сегодня ночью, однако, он был по-настоящему голоден.
Они спали, обнявшись, несколько часов подряд. Так долго он уже давно не спал. Очень много месяцев.
Она спала беспокойно, готовая в любой момент проснуться. Были минуты, когда ему хотелось разбудить ее, чтобы она убедилась, что он не ушел, не покинул ее после того, как они занимались любовью. Он изучал ее лицо, думая о том, что было в этой женщине, которая так его заворожила, заставила его захотеть улыбаться и целовать ее.
По возвращении из Китая он не завел любовницу, хотя женщин, готовых разделить с ним постель, было немало. Но им на самом деле был нужен не он, а граф, владелец Эмброуза, дипломат. Его положение в обществе и сам он были товаром. С этим он неохотно, но примирился. Однако он не вынес бы притворство в своей постели. Поэтому до самой свадьбы он отказывался иметь любовницу.
Глядя на Давину, он, однако, испытывал не только удовольствие. Она была умной, верной и самоотверженной. Впрочем, восхищение тоже не было единственным ответом. Им двигало какое-то другое чувство, более важное и менее пригодное для изучения, – желание защитить ее от всех и всего, что могло бы причинить ей боль – даже он сам.
Маршалл осторожно поцеловал ее в голое плечо, а потом, прикрыв его простыней, выбрался из кровати. Надев брюки, он взглянул на часы на каминной полке и удивился, что была почти полночь.
– Ты куда?
Он обернулся и увидел, что Давина повернулась на бок и смотрит на него сонным взглядом. Приподнявшись на локте, она улыбнулась. Волосы рассыпались по плечам, и она нетерпеливо их откинула.
– В лунном свете ты похожа на какое-то мистическое существо, – сказал он.
– Этот комплимент предназначен для того, чтобы отвлечь меня от того факта, что ты опять от меня уходишь?
– Только временно. Я голоден. А ты?
Она покачала головой.
– Ты вернешься?
– Вернусь. Ты же мой талисман. Помнишь?
– Не забудь вернуться. – Она переместилась на то место, где он только что лежал, и обхватила руками его подушку.
Когда он был мальчишкой, он часто устраивал набеги на кухню, потому что обожал печенье, которое пекла их кухарка. Сегодня он безошибочно нашел место, куда наведывался более двадцати лет назад. Стены в нижнем этаже нуждались в покраске, а свет был слишком тусклым. Он взял себе это на заметку – завтра же он даст соответствующее распоряжение.
Его дед обожал повторять, что богатство, полученное в наследство, как правило, сохраняется только в течение трех поколений, но семья Росс является исключением. И при этом дед добавлял:
– Не важно, какой у тебя титул, сынок, но если у тебя нет доходов, титул похож на цыпленка с павлиньим хвостом. Красив, но бесполезен.
Так же, как его отец, Маршалл обладал умением зарабатывать деньги, даже если он не обращал особого внимания на свои инвестиции. Его дед был бы счастлив узнать, что Маршалл не опустошил семейные сундуки. Все принадлежащие семье корабли приносили доход от торговли восточными специями и от ввоза хлопка с южных плантаций Соединенных Штатов.
Маршалл обнаружил, что кухарка как раз накануне напекла и хлеба, и сладких булочек. Он положил несколько штук в корзинку, которую нашел на полке.
Потом положил круг сыра на большой дубовый стол посреди кухни и отрезал несколько приличных ломтей. С другой полки он взял тарелку и кружку. Поставив на стол тарелку, он с кружкой в руках зашел в кладовку при кухне, где, как он помнил, стоял большой бочонок с элем. Бочонок был на месте. Маршалл вынул затычку и, убедившись, что в бочонке эль, наполнил свою кружку.
Он сделал пару глотков и улыбнулся, вспомнив, как, приезжая домой на каникулы из школы, он тайком приходил сюда вместе