Убить босса!

из касс казино и, наоборот, всасываются в них миллионы честно заработанных на звездных мероприятиях долларов. Здесь Джордж Клуни сорвал куш во время съемок фильма «Одиннадцать друзей Оушена», и это ему так понравилось, что он решил рискнуть малой толикой в несколько сот миллионов и заняться в «городе на песках» своим бизнесом.
Мартынов не играл в казино. Дух азарта не был ему присущ, он не верил в перспективу выигрыша больших денег даже тогда, когда это происходило на его глазах. Когда Клуни взорвался от восторга, Андрей посмотрел на него и усмехнулся. Он знал точно, что уже через пять минут этот «уберсексуал» спустит все опять до последнего цента. Мартынов старался обходить казино стороной, и лишь однажды, когда Рой Флеммер, зять Малкольма, попросил его быть телохранителем во время встречи с мистерами из Вашингтона, Андрей подошел к аппарату, погрузил в него жетон, дернул за ручку и не испытал никаких эмоций. Машина сожрала жетон, убедив русского, что он совершенно прав, рассчитывая лишь на свои силы.
Странное чувство сейчас владело Андреем. Не признаваясь самому себе в том, что, быть может, это последний день его беспечной жизни после истекшей по договоренности с Малкольмом недели сепаратного мира, он хотел быть бодрым и уверенным в себе. Однако Малкольм был совершенно прав, заявляя о слабости позиций
Андрея в Вегасе. На главу «Хэммет Старс» работали здесь десятки, сотни человек, им были подкуплены многие чины в местной полиции. Вегас был более близок Малкольму, чем душный Нью-Йорк, он чувствовал себя здесь королем…
Но не страх за собственную жизнь владел Мартыновым, нет, он боялся никогда не увидеть Машу и Костю. И не вернуться в Россию и не позабыть обо всем.
В холле отеля его встретил сияющий портье. В Вегасе сияет все. Задницы проституток, лица официантов, витрины, тарелки и даже кнопки спуска воды в сливных бачках.
– Хеллоу, сэр, мы рады видеть вас в нашем отеле. У нас вы найдете неповторимый комплекс услуг…
– Заткнись, – буркнул Мартынов и кивнул улыбнувшейся ему даме лет восьмидесяти, шествующей мимо с собакой под мышкой.
Заткнувшийся портье подхватил его сумку и повел к зеркальному витражу оформления желаемого гостем номера с гостиной, спальней, с мебелью и оборудованием высшего качества.
Получив бланк и занеся над ним перо, Андрей машинально отметил, что один из служащих в десятке метров от него поднял трубку и отвернулся в сторону.
Поднявшись до нужного номера вслед за портье, Мартынов вдруг передумал.
– Поехали вниз, малыш, – сказал он. – Я решил переиграть.
Сомнительного малого у стойки оформления уже не было.
– Мне нужен люкс, – сказал Андрей портье. – All inclusive.
– Понимаю, – кивнул тот, подсовывая гостю новый бланк. – Вы сделали правильный выбор, сэр. У нас прекрасные двухместные однокомнатные номера с улучшенной планировкой. Размещение и питание по системе «всё включено» – завтрак, обед, ужин, алкогольные и прохладительные напитки – всё к вашим услугам, понимаю…
Сунув в руку портье пятерку, Мартынов выпроводил его из номера и осмотрелся. Обстановка полностью соответствовала названию и тематике отеля, была стилизована под времена пиратских компаний, но при этом на столике лежал пульт от кондиционера, в ванной нашлись фен и халат, в углу стоял TV с двухъярдовой, конечно, диагональю. Имелись телефон и мини-бар.
Распахнув дверцу бара, Мартынов вытянул за горлышко четырехгранную бутылку и за ножку – рюмку.
Дважды налив и выпив, он скинул пиджак, вышел в коридор, запер за собой дверь и стал медленно спускаться к тому самому номеру, от которого отказался четверть часа назад.
Но на середине пути вдруг остановился, чертыхнулся, пробормотал: «Береженого Бог бережет», вернулся и направился в ванную нового номера. Отыскал в шкафчике у огромного зеркала среди предусмотренных гостиничным этикетом лекарств пузырек с каким-то снадобьем, вышел в комнату и влил его содержимое в бутылку виски. Осмотрев в последний раз номер – как бы опять чего не забыть, удовлетворенно кивнул и вышел.
Расположившись в глубине коридора за колонной с выщербленными боками – осколки ядер пиратского фрегата дел наделали, надо полагать – он невозмутимо курил, кивал добродушным, прибывшим сюда явно не для войны постояльцам отеля и рассматривал дверь номера, от которого только что отказался.
Ждать пришлось недолго. Через пять или шесть минут к номеру подошли двое. Один тут же занял позицию, которая в России называется «стременем», а второй принялся быстро ковырять в английском замке какой-то приладой.
Дождавшись, когда дверь откроется и парочка незваных гостей окажется внутри номера, Андрей вкрутил