Блистательный новый роман автора «Компании лжецов», названного «жемчужиной средневековой мистики» и «атмосферной историей предательства и чуда», история деревни, ставшей полем битвы, и кучки храбрых женщин, восставших против зла, незабываемая бурная смесь ярости, похоти и тайн.
Авторы: Карен Мейтленд
Бен Джонсон, английский драматург, «Сеян», 1603
.
Метхилда Магдебургская, бегинка с 1230 по 1270 гг.
НАСТОЯТЕЛЬНИЦА МАРТА — лидер бегинок, из Фландрии.
ЦЕЛИТЕЛЬНИЦА МАРТА — пожилой врач, давняя подруга Настоятельницы Марты.
ХОЗЯЙКА МАРТА — казначей бегинажа, острая на язык.
ПРИВРАТНИЦА МАРТА — суровая местная бегинка.
КУХАРКА МАРТА — фламандка-повариха.
БЕАТРИС — бегинка из Фландрии.
ПЕГА — местная бегинка огромного роста, бывшая проститутка.
КЭТРИН — местная бегинка-подросток.
АГАТА/ОСМАННА — младшая из трёх дочерей Роберта д’Акастера.
РОБЕРТ Д’АКАСТЕР — лорд Поместья, отец АГАТЫ и двух её старших сестёр-близняшек ЭНН и ЭДИТ.
ФИЛИПП Д’АКАСТЕР — племянник лорда Роберта и управляющий поместья.
ОТЕЦ УЛЬФРИД — приходской священник.
ДЖАЙЛС — серв, крепостной крестьянин.
ЭЛЛЕН, его пожилая мать.
ДЖОН — деревенский кузнец.
ЛЕТИЦИЯ — старуха, вдова и деревенская сплетница.
ЭЛДИТ, мать маленького Оливера.
ЛУЖИЦА — деревенская девочка.
УИЛЬЯМ — старший брат и мучитель Лужицы.
АЛАН — отец Лужицы и Уильяма.
МА — мать Лужицы и Уильяма.
РАЛЬФ — отец Марион и двух её братьев.
ДЖОАН — жена Ральфа.
СТАРАЯ ГВЕНИТ — местная целительница, знахарка, колдунья.
ГУДРУН — внучка Старой Гвенит.
АНДРЕА — молодая девушка-отшельница.
МОНАХ-ФРАНЦИСКАНЕЦ — друг и защитник отшельницы Андреа.
ДЕКАН ЕПИСКОПА — доверенное лицо епископа Норвича.
Джайлс понимал — они придут за ним, рано или поздно. Неизвестно где, когда и какая его ждала расправа, но он знал, что это случится. Ночью перед его дверью появилась мертвая сова. Джайлс не слышал, как её оставили, они всегда действовали бесшумно. Но на рассвете, выходя из дома на работу в полях Поместья, он нашёл на пороге сову, мокрую от ночного дождя. Это был их знак, предупреждение. Он торопливо похоронил сову до того, как её успела увидеть мать. Джайлс не хотел, чтобы мать знала о случившемся. Она слишком стара и слаба, и видела в жизни слишком много бед, чтобы вынести тяжесть ещё одной. Но с этого времени он ждал — ждал, что сзади набросят на голову мешок, когда мочился у дерева, ждал, что разобьют дубиной затылок, когда шёл по дороге, а ночью ждал, что его вытащат из постели.
Его могли схватить в лесу, в таверне или в церкви. За ним могли прийти рано утром, вечером или среди дня. И как ни старайся быть начеку, где-то, в какой-то час Мастера Совы найдут тебя. Ждать — вот и всё, что тут можно сделать.
Конечно, Джайлс думал о побеге. Несколько раз он чуть было не удрал. Но серв не может уйти без согласия лорда. И даже если вдруг, каким-то чудом удастся добраться живым до города и затаиться там на год, пока его не объявят вольным — он знал, они отыграются на матери. А если не они, то уж лорд д’Акастер точно.
Но с тех пор как мёртвую сову оставили у Джайлса на пороге, прошло уже несколько недель, и когда светило солнце, ему удавалось убедить себя, что Мастера Совы всё же не придут за ним. Он знал, глупо было спать с той служанкой после того, как д’Акастер дал ей разрешение на брак с другим. Tеперь девушка вышла замуж, и с тех пор они больше не виделись. Может, то, что они не вместе — достаточное наказание? Джайлс пытался убедить себя, что Мастера Совы удовольствуются этим, но в долгие ночные часы, лёжа без сна, насторожённо прислушиваясь к каждому звуку, он всем нутром
