Убийственная тень

из бурдюка, который Элдеро всегда возил в седле как символ своей власти. Талена с нежностью поднесла ребенка к груди, а вождь поднялся.
– Мне надо ехать.
Они оба знали, что иначе нельзя. И так упущено много времени, и, возможно, никого уже не удастся спасти.
– Езжай. Я сама управлюсь. Найди Колина, расскажи ему о дочери.
Он оставил ей скудную провизию, прихваченную с собой, потом вышел из пещеры, сел на своего мустанга и поскакал так быстро, как только позволяла горная крутизна. Всю дорогу он спрашивал себя, что за люди устроили на ферме бессмысленную бойню. По описанию Талены он опознал индейца-хопи, входящего в банду. Одно Перо всем известен своим искусством лучника, жестокостью и равнодушием к человеческой жизни. Рассказывают, что он однажды разрезал человеку ступни, вставил в них палки и заставил несчастного долго бежать, прежде чем убил его. Участие хопи в убийствах на ферме наводило на мысль, которую теперь вороны только подтвердили.
Держась под прикрытием деревьев, вождь достиг лагеря. Спешился и отпустил на волю мустанга. Элдеро точно знал, что животное его не выдаст. Он лег на землю и, толкая перед собой ружье, дополз до места, откуда весь лагерь можно было охватить одним взглядом.
И увидел только мертвых.
Вокруг небольшого скопления хоганов валялись трупы. Мужчины, женщины, дети были застигнуты за их мирными каждодневными делами и убиты мгновенно, наверняка и понять ничего не успели. Даже его пес Бонито лапами кверху лежит на земле, и отсюда видно, что кровь из глубокой раны на холке пропитала всю его желтоватую с рыжинкой шерсть.
Элдеро огляделся, проверяя, нет ли убийц поблизости, и заключил, что те уехали на поиски единственной добычи, которая от них ускользнула.
Талены.
Он встал на ноги и вышел из укрытия. Дошел до первой мазанки, и вся его боль мгновенно обратилась в жгучий гнев. Проходя мимо тельца ребенка, которому разнесли череп выстрелом из винтовки, Элдеро пообещал себе, что виновники этого зверства понесут тяжкую кару в страшных мучениях и на этом свете, и на том. Кто способен на подобную жестокость, не заслужил ни достойной смерти, ни вечного бессмертия. Вождь по одному оглядывал тело каждого жителя своей маленькой деревни. Всех он знал немало лет, каждый составлял частицу его жизни, уповая на то, что она будет мирной. А когда им понадобилась его защита, он был далеко. Теперь ему ничего не остается, как стать частицей их смерти.
Он дольше других задержался у трупа соплеменника по имени Малыш Джозеф, одного из самых искусных наездников, какие когда-либо рождались на свет. В груди его зияла огнестрельная рана. А под правой рукой валялся окровавленный нож. В левой руке он сжимал лоскут, оторванный от мужской рубахи.
Значит, Малыш Джозеф успел ранить одного из нападавших, прежде чем тот выхватил пистолет и продырявил ему грудь, откуда духи смерти высосали его жизнь.
Элдеро наклонился и вытащил из пальцев мертвеца маленькое свидетельство его доблести. Затем подобрал с земли нож и вытер с него кровь обрывком ткани.
Скоро этот лоскут ему пригодится.
Внезапно что-то привлекло его внимание чуть подальше границы лагеря, в стороне, противоположной той, откуда приехал он. Элдеро бегом бросился к распростертому на земле телу, надеясь, что уже немолодые глаза подвели его.
Но, подбежав, почувствовал, как у него перехватило дыхание. Там, высоко в горах, ждут две женщины. Одна никогда больше не увидит мужа, другой не суждено узнать своего отца. Перед ним на спине, с глазами, обращенными к небу, и вонзившимся в грудь обломком стрелы лежал Колин Лавкрафт, белый искренний человек, которого дочь выбрала себе в мужья.
Элдеро склонился над телом baadaaní – зятя, подсунул руки ему под шею и нащупал кожаный шнурок. Он снял его через голову и положил на ладонь серебряный амулет с профилем Кокопелли – точно такой же он когда-то подарил Талене.
Отчистив амулет от крови, Элдеро опустил его в карман куртки и поднялся.
Несмотря на боль и гнев, он сохранил способность рассуждать здраво. Настолько здраво, что последняя находка привела его в недоумение, которое усилилось, когда он нашел труп еще одного белого человека – того, кто однажды приехал вместе с сыном просить ему в жены Талену и назвал себя Стейсом. Стрела поразила его в спину, а после смерти убийцы сняли с него скальп. В нескольких шагах валялось ружье, а рядом труп другого соплеменника по имени Много Шагов; в одной руке он сжимал нож, в другой – окровавленный скальп.
Все слишком просто, даже не верится.
Не обращая внимания на мух и запах тлена, Элдеро сел на землю, скрестив ноги, погрузился в себя и попросил помощи у духов, что всегда направляли его. Черная пелена спала с глаз,