Что делать, если муж осточертел? Правильней всего — развестись. Но что делать, если ты осточертела богатому мужу, да ещё при этом обладаешь дурным нравом, непроходимой глупостью и пол-центнером лишнего веса? Конечно же, пристукнуть супруга, завладеть всеми его богатствами и жить припеваючи, наплевав на калории и балуя себя изысканными блюдами. Решено — муж должен умереть.
Авторы: Хмелевская Иоанна
атмосфера, хотя обычно эта женщина сохраняла спокойствие при любых обстоятельствах.
— Ну вот, теперь из меня сделали официанта! — с удовлетворением просипел хозяин.
Пришлось опять вмешаться Юстинке, молча забрав у дяди бутылку и штопор. Хелена тем временем поставила на стол бокалы.
Хозяин принялся за обе щеки уписывать угря, не забывая время от времени отпускать саркастические замечания. Девушка ловко откупорила бутылку и хотела налить вино в два бокала.
В кухне трясущаяся Марина продолжала жарить следующую порцию гренок. Эмоции не сказывались на качестве изделия. Марина наверняка так же автоматически готовила бы любое блюдо во время землетрясения или бомбёжки. В данном случае она не могла оставить сковороду, гренки с мозгами — дело тонкое, требующее неустанного присмотра. На сковородке их помещалось шесть штук, Кароль же давно доказал, что съедает двенадцать. А кроме него были и ещё едоки.
Юстина за столом осмелилась положить себе одну гренку. Хозяин слопал остальные пять. Хорошо, что племянница подсунула ему остатки угря, видя, что очередная порция гренок запаздывает. Хелена с ними подоспела в последний момент, когда от угря осталось лишь воспоминание в виде желе.
С последней порцией гренок за столом появилась хозяйка.
— Не могла бы ты оказать мне любезность и сгинуть с глаз моих долой? — тихо и очень вежливо поинтересовался хозяин.
Тётка и племянница замерли. Хозяин терпеливо ждал.
— Пошла вон! — загремел он так, что стекла в окнах задребезжали. — Видеть тебя не могу! Аппетита лишаюсь, глядя на эту идиотскую морду!!!
Секунды две Марина сидела в оцепенении, потом вскочила и с воплем выбежала из комнаты. Юстина с застрявшей в горле гренкой тоже оцепенела — не относится ли и к ней приказание? Хотя вроде бы выражено было в форме единственного числа. Но если даже дядя гнал лишь супругу, оставаться с ним за столом в какой-то степени означает одобрение его действий, что уж совсем противно.
Сомнения девушки разрешил сам хозяин, наклонившись к ней и долив вина в её бокал.
— А десерт будет, не знаешь? — нормальным голосом спросил он.
Юстине удалось проглотить гренку и не подавиться.
— Будет, — каким-то деревянным голосом ответила она, ещё не совсем придя в себя. — И даже два.
— Понятно, — съехидничал бизнесмен. — Ведь у меня денег куры не клюют!
— Второй очень дешёвый, — пробормотала племянница.
— А что, моя экономная половина насобирала с газона птичьи экскременты?
В голосе дядюшки прозвучал такой искренний интерес, что девушка на какое-то время даже растерялась. Кто его знает, может, спрашивает всерьёз? Юстина преодолела соблазн дополнить птичьи экскременты кошачьими и собачьими и подробно изложить технологию изготовления из них модного десерта — взбить миксером и заправить уксусом. Как известно, дешевле уксуса вообще уже ничего не найдётся. Однако сдержалась и промолчала.
Кароль Вольский тоже замолчал и с аппетитом принялся уплетать одну закуску за другой. Покончив с закусками, снова переключился на греночки и вскоре выглядел вполне довольным и вроде бы даже не слишком голодным. Тут Хелена принесла, не спрашивая разрешения, оба десерта и чай.
Юстина молча ела, решив высидеть за столом до конца.
— Интересно, — заявил хозяин, отодвигая от себя последнюю тарелку и стакан. — Есть же люди, которые могут не трещать без умолку…
Встав из-за стола, хозяин перешёл в салон. В дверях он обернулся и бросил в пространство:
— Хочу ещё бутылку «Пино».
В салоне он повалился на диван у телевизора и включил «Новости».
Тут только до Юстинки дошло, что, высидев с хозяином до конца ужина, она вместе с ним вылакала бутылку вина, причём пила наравне с дядей, а пьяной себя не чувствовала. Должно быть, благодаря жирным греночкам. Ну и угорь тоже себя дал знать. И ещё о чем-то ей нужно было подумать… о чем же? Ага, она вроде как удостоилась от дядюшки комплимента. Тоже мне, подумаешь, награда.
Хотя именно подумать и надо бы. Особенно тётке. Что ей стоит иногда посидеть за столом молча, без её вечных стенаний, вздохов, жалоб и ехидных высказываний? А также слез и сморканий. Вот и сейчас сверху доносится шмыганье.
Дядя пожелал ещё бутылку французского вина. Если в запасе такой не имеется, миновать нового скандала. Чувствуя себя в некоторой степени виновной в чрезмерном истреблении дорогого вина, девушка огляделась и обнаружила поднос с нужной бутылкой в термосе со льдом, а также бокал и штопор. Отнести, что ли, поднос дяде в гостиную? Пока она колебалась, Хелена, убиравшая со стола грязную посуду, проходя мимо, шепнула:
— Лучше паненке этого не трогать, хозяйка что-то
