Что делать, если муж осточертел? Правильней всего — развестись. Но что делать, если ты осточертела богатому мужу, да ещё при этом обладаешь дурным нравом, непроходимой глупостью и пол-центнером лишнего веса? Конечно же, пристукнуть супруга, завладеть всеми его богатствами и жить припеваючи, наплевав на калории и балуя себя изысканными блюдами. Решено — муж должен умереть.
Авторы: Хмелевская Иоанна
спать, но девушка все же решила говорить по телефону, который нельзя подслушать. События развивались таким образом, что она уже не могла оставаться в стороне. И для начала Юстинка решила узнать, кому принадлежит столь дорогой сердцу тётки телефонный номер — тот самый, что был похищен котом.
Конрад уже выходил из дома сестры, когда зазвонил его сотовый. Приложив трубку к уху, сыщик услышал немного смущённый девичий голос:
— Прошу меня извинить, это говорит Юстина Тарняк. Я живу в доме пана Кароля Вольского, я его племянница, и это легко проверить…
Конрад не верил своим ушам. Он как раз раздумывал над тем, как бы подипломатичнее познакомиться с девушкой, не нарушая своих служебных обязанностей, а тут она сама ему звонит!
Юстину смутило молчание в трубке, и она поспешила оправдаться:
— Я ведь почему звоню! У нас тут происходит что-то непонятное, с телефонами полнейший беспорядок, спросить не у кого, а этот телефон ко мне попал случайно, и я не знаю, кто вы. Прошу извинить за глупый вопрос, но не могли бы вы сказать, чей это телефон?
Конрад лихорадочно соображал, как быть. Он сразу понял, что беспорядок в доме Вольского — дело рук этой идиотки, их клиентки. Опять небось потеряла свои записи и теперь свалила на племянницу обязанность разыскивать нужное ей агентство. Но если это не так, если он и теперь обязан соблюдать правила фирмы? Хотя… вопрос поставлен так — чей телефон. Сотовый принадлежит ему, так что он может в этом признаться, но не называя фамилии. У парня не было ни малейшего желания сообщать глупой бабе свои анкетные данные, но он охотно назвал бы их её племяннице. Вот только как это сделать, чтобы самому не выглядеть дураком?
Откашлявшись, Конрад наконец подал голос:
— Ваш вопрос вовсе не глупый, но тут, видите ли, есть определённая сложность… Пани интересуется для себя лично или для другого человека?
— Для себя, — честно призналась Юстина. — Но беспорядок с телефонами… тут я не виновата, это сделал кот.
Конрад озадаченно молчал, не представляя, как кот может перепутать номера телефонов. Но все же решил рискнуть.
— Ладно, это номер моего телефона. Зовут меня Конрад Гжесицкий, но я тут никакой роли не играю, просто я являюсь кем-то вроде посредника… да, посредника одной фирмы. Так что был бы очень признателен, если бы пани никому не называла моей фамилии, это очень нежелательно, я прошу…
Он окончательно запутался и замолчал.
— Разумеется! — поспешила заверить девушка, у которой голова пошла кругом от таких сложностей. — Я бы только хотела…
— Алло! — перебил незнакомый Конрад. — Алло! Куда вы подевались? Я вас не слышу. Пани ещё там?
— Здесь я! И хорошо вас слышу.
— Ваш голос теряется, — кричал Конрад, — а меня очень заинтересовал кот, и мне хотелось бы услышать подробности. Алло!
— Да, говорите, я хорошо слышу. Вы говорили о коте.
— Да, о коте. Алло! Слышите? Я случайно знаю, где проживает пан Вольский, и опять же случайно буду завтра в тех краях. Утром. Во сколько вы выходите из дому?
— В десять, — послушно информировала озадаченная Юстина.
— Я там буду, и вы мне расскажете о коте, — кричал Конрад. — Сейчас невозможно говорить, то и дело прерывают… Вы слышите?
— Слышу, но как мы узнаем друг друга?
— Алло! Холера, опять ничего не слышно. Ладно, до завтра.
Конечно, он беззастенчиво врал. Все было прекрасно слышно, но надо же как-то встретиться с девушкой, а тут подвернулась такая оказия. Этого кота сам бог ему послал. Правда, на следующий день сыщик Гжесицкий приступал к своим обязанностям при бизнесмене Вольском в восемь утра, но благодаря Иоле знал, что с десяти он свободен. Проводит подопечного до офиса, оставит его там и может заняться личными делами.
Положив трубку, Юстина вылезла в окно. Она медленно шла к входной двери, обдумывая только что состоявшийся разговор. Теперь она и вовсе ничего не понимала. Какая фирма? Что тётка опять отколола? Что за тайны мадридского двора?
За полураскрытыми воротами на улице маячила во мраке чья-то фигура. В свете фонаря Юстина узнала соседа, пана Голембевского. Он возвращался от Ковальчиков, куда жена посылала его за возможными новостями.
— О, вижу, вы тоже ещё не спите, — окликнул он девушку. — Добрый вечер. Ничего удивительного, ведь Ковальчик — ваш сосед. Это же надо, такой номер выкинул…
И Муминек с большим удовольствием рассказал о том, что же на самом деле произошло на их автостоянке. Рассказал обстоятельно, такой уж он был по природе степенный и аккуратный во всем, а тут ещё его вдохновлял нежданно-негаданно подвернувшийся благодарный, ни о чем не ведающий слушатель, к тому же молодая и привлекательная девушка.
Расставшись
