Что делать, если муж осточертел? Правильней всего — развестись. Но что делать, если ты осточертела богатому мужу, да ещё при этом обладаешь дурным нравом, непроходимой глупостью и пол-центнером лишнего веса? Конечно же, пристукнуть супруга, завладеть всеми его богатствами и жить припеваючи, наплевав на калории и балуя себя изысканными блюдами. Решено — муж должен умереть.
Авторы: Хмелевская Иоанна
сотрудники потянулись на чаепитие.
Если учесть, что бедные дети Марининой соседки, те самые оболтусы, были коварно обмануты своими крымскими дружками, которые навесили легковерным полякам лапшу на уши, порассказав небылицы о якобы смертельно ядовитых ягодах тиса; если учесть, что вместо ягод тиса они подсунули оболтусам те лечебные зелья, которые продаются в Крыму на каждом шагу и являются прекрасным слабительным средством; если учесть, что упомянутые средства не только не испытали на себе губительного воздействия негашёной извести, а, напротив, были по всем правилам заварены в большом количестве и потом ещё подогревались на медленном огне и настаивались; наконец, если учесть, что они не обладали никаким специфическим медицинским вкусом, так вот, если все это учесть, — не стоит удивляться, что весь здоровый коллектив фирмы Вольского, попив чайку, перестал быть здоровым. Весь, за исключением Беатки, которая разделяла вкусы начальства и пила чай с жасмином, украдкой наливая себе заварку из личного чайника шефа.
Персонал фирмы пережил ужасную ночь, ибо медикамент начал действовать часов в одиннадцать, а закончил лишь в шесть утра.
Мучилась и Марина, хотя её страдания были не желудочного, а морального порядка.
Прежде всего, Кароль не приехал домой ни на обед, ни на ужин. Не было в доме и Хелены, она отпросилась к дочери. Мало того, до позднего вечера не было и Юстинки. Так что Марина страдала в полном одиночестве.
С тех пор как племяннице стукнуло восемнадцать, тётка перестала её контролировать. За прошедшие десять лет девочка зарекомендовала себя послушным и разумным созданием, не причиняла приёмным родителям никаких хлопот, так что в восемнадцать лет её можно было спокойно предоставить самой себе. Училась она всегда хорошо, за мальчишками не бегала, те же из школьных приятелей, которые изредка приходили в дом Вольских, производили впечатление добропорядочных мальчиков, к тому же причина визитов к Юстинке всегда была уважительной. Так что Марина с чистой совестью перестала заниматься племянницей, вспоминая о ней лишь тогда, когда сама испытывала в девушке нужду.
Происходило это преимущественно в те дни, когда тётке хотелось поплакаться на свою тяжкую жизнь, или посоветоваться, или требовалась помощь. Ну, скажем, перегорела лампочка, кого же ещё послать в магазин, как не Юстинку.
Ну так вот, Юстинки не было, а Марина не находила себе места: ведь именно сейчас отравленный Кароль где-то помирает, вот-вот позвонят из какой-нибудь больницы и сообщат страшную весть, и что? В доме, кроме неё, никого не окажется, никто не подтвердит, что она весь вечер никуда не выходила и была сражена страшной вестью наповал.
Марина сама не заметила, как оказалась в гардеробной. На минутку присев, она обвела помещение невидящим взором, выскочила и вдруг метнулась обратно. Что-то в гардеробной не так, чего-то вроде не хватает.
Не хватало дорожной сумки Кароля. Нормальной, обычной, на колёсиках, небольшой, но вместительной. Той, с которой муж обычно ездил в короткие командировки, когда нет нужды брать много одежды, ласты, маску. И вот этой сумки в гардеробной не было. Может, ещё чего не было?
Марина прекрасно знала весь наличный гардероб мужа, ведь в большинстве случаев сама приобретала ему все необходимое, сама наводила порядок в его вещах. Понадобилось совсем немного времени, чтобы установить: недостаёт двух сорочек, одной пижамы, одного галстука, одной пары носков и двух подштанников. Разумеется, не считая того, что было на нем надето.
Хотя нет, не так. Костюм, что был на нем, — вот он, висит. Кароль надел более элегантный.
Первой реакцией Марины было раздражение: как вам нравится, опять уехал, не предупредив! Потом явилась мысль: оно и к лучшему, помрёт от отравы где-то далеко от дома, тут уж никто на неё не подумает, никто её не заподозрит. Хотя… когда же он уехал?
Постаралась припомнить, как провела день.
Сделав своё чёрное дело, она не сразу поехала домой, а заглянула в парочку бутиков, в одном из них встретила Изу, они немного поболтали за чашечкой кофе… А поскольку Иза спешила куда-то, Марина тоже заторопилась. Когда же Кароль, чтоб ему провалиться, успел заскочить домой, переодеться и взять сумку?
А Кароль заскочил домой сразу после короткого совещания с сотрудниками, примерно в полчетвёртого. В семнадцать двадцать он улетал в Копенгаген. Дома никого не застал, переоделся, покидал в сумку самое необходимое и уехал за пять минут до возвращения Марины. И всю дорогу думал об «Англетере». Именно в этом отеле ему забронировали номер. Любил он «Англетер», там ему хорошо работалось и отдыхалось. Кароль
